Освобождение

Загрузить в формате: .fb2
Автор: Toma
Бета: Jenny
Гамма: нет
Категория: Гет
Пейринг: Уолтер Айнсмеллер/Айрис Окделл
Рейтинг: NC-17
Жанр: Drama
Размер: Мини
Статус: Закончен
Дисклеймер:

Все герои произведения совершеннолетние.

Кэналлийское — Алве, тюрегвизе — Матильде, касеру — Клементу, героев — Камше, а мы просто играем.
Аннотация: Цивильный комендант Раканы случайно наблюдает один из приступов Айрис Окделл.
Комментарий: Написано на Фандомную битву 2012
Предупреждения: игры и не игры с удушением

Ссора с Диконом расстраивает Айрис сильнее, чем может показаться на первый взгляд. Копившиеся долгие недели досада, стыд, бессилие выплескиваются в грубых, обидных словах, в оплеухах, которыми герцогиня Окделл, подобно дочери какого-нибудь горшечника, награждает брата-предателя. Айрис видит, как госпожа Арамона уводит Дика, слышит голос Ее Величества, не понимая смысла слов. Стены плывут перед глазами, медленно надвигаясь с четырех сторон, комната становится чересчур тесной.

Предчувствие делается нестерпимым, и Айрис, не обращая внимания на оклики, бросается прочь. Вниз по лестницам, на открытое пространство, как можно дальше от сужающихся коридоров и запертых окон.

Лишь на крыльце она дает себе волю: рвет ворот платья, обнажая шею, судорожно хватает ртом ставший мучительно плотным воздух. Сквозь красную муть взгляд выхватывает чье-то лицо: жадные глаза, приоткрытые губы, часто раздувающиеся ноздри. Это так похоже на детскую выдумку — плотоядное существо, являвшееся во время каждого приступа, что Айрис кричит. Вернее, пытается кричать: из сдавленного горла вырывается жалкий хрип. Неудавшийся вопль становится спасением. Приступ отступает, воздух тонкой струйкой проникает в истерзанную болью грудь. Айрис делает первый жадный вдох, и незнакомец прикусывает губу, вытягивается в струнку, чтобы в следующий миг содрогнуться всем телом. Со смесью гадливости и страха Айрис замечает расползающееся на его штанах пятно. Он что, обмочился?!

— Сударыня, вам нехорошо? — незнакомец протягивает руку, и Айрис отшатывается, оступается, в последний момент успевая опереться о мраморную колонну.

— Айри, что с тобой? — голос Селины прорывается сквозь муть головокружения.

— Ничего, это детская болезнь, — выдавливает Айрис, не отводя взгляда от красивого, тонкого и бесконечно отвратительного лица. — Идем, Сель.

Никому, даже лучшей подруге она не расскажет о том жутком и мерзком, что знает наверняка. Этот человек получал удовольствие, наблюдая за ее приступом, и был бы счастлив, закончись он смертью.

С того дня черноусый красавец становится наваждением Айрис. Он является в снах, длинными пальцами тянется к ее шее. Пробуждения сопровождаются неизменными приступами удушья, после которых Айрис долго лежит без сна, глядя в светлеющий потолок.

В следующий раз она видит незнакомца на затеянном Альдо Раканом балу.

— Уолтер Айнсмеллер, цивильный комендант Раканы. Позвольте пригласить вас на бранль, сударыня.

Айрис покорно вкладывает пальцы в ладонь своего ожившего ужаса. Она понимает его жадный взгляд, знает, что обречена на этого человека, что когда-нибудь он добьется своего. Он — то самое, догнавшее Айрис возмездие, о котором часто говорила матушка.

На балу девица Окделл спокойна, только слишком бледна. Приступ случается по дороге домой, в карете. Такой сильный, что пугается даже госпожа Арамона.

Через день Айнсмеллер присылает цветы: ядовито-желтые розы. С того времени букеты прибывают ежедневно. Айрис задыхается от аромата роз, лилий и фиалок, но отчего-то не просит выбросить их. Спустя неделю после бала цивильный комендант Раканы наносит госпоже Арамоне и ее подопечным визит.

Айнсмеллер безупречно галантен, Айрис тиха и скромна, как подобает благородной девице. Все два часа она сидит молча, не отрывая взгляда от длинных, гибких пальцев гостя.

— Вот же мерзость! — говорит госпожа Арамона после его ухода. — Будьте осторожны с ним, герцогиня. Такому может прийти в голову выкрасть благородную девушку, чтобы породниться со знатью.

Айрис слабо улыбается. Она знает, что Айнсмеллеру нужно вовсе не это.

Спустя пару визитов и охапки цветов Айрис получает записку. Свидание наедине с мужчиной в парковой беседке может стать роковым для репутации девицы Окделл, но Айрис не до приличий. Она не может не пойти. Пропасть безотчетно манит, завораживает, сковывая волю.

Айнсмеллер встречает ее крепкими объятиями и страстными речами. Слова доносятся издали, сквозь глухой стук в ушах, сквозь опутавший тело страх. Проворные, как ящерицы, руки скользят по талии Айрис, опускаются ниже корсета. Происходящее отвратительно, гадко, но сил вырваться нет. Она подчиняется, когда чудовище задирает ее юбки, подхватывает под ягодицы, укладывая на скамейку. Словно в оцепенении Айрис смотрит на пальцы, торопливо развязывающие ленты штанов, на тяжелый, толстый член с блестящей головкой. Это помещается в женщину? Это поместится в нее?

Ладони-ящерицы шарят по корсажу, больно сжимают груди. Айнсмеллер бормочет что-то, разводит колени Айрис, закидывает ее ноги себе на плечи. Боль от вторжения сильна, но она — лишь часть походящего на сон кошмара. Айрис визжит, когда к ее горлу тянутся пальцы — гибкие, длинные, как во сне.

— Молчи! — слышит она и сдавленно хрипит под стиснувшей шею рукой, отчаянно царапает воздух. Грудь раздирает много раз пережитая боль, в глазах темнеет, звенит в висках. Вот и все, все, все…

Новые ощущения прорываются сквозь боль и мутящееся сознание. Внизу живота становится горячо, вокруг терзающего плоть стержня скручивается зудящий узел, чтобы развязаться пронизывающими тело колкими волнами. Рука Айнсмеллера соскальзывает с шеи Айрис, и она изгибается в экстазе последних спазмов, жадно проглатывает воздух, чтобы исторгнуть его в победном крике.

Потом ее не волнует ничего. Ни то, что бормочет Айнсмеллер, ни то, как он поглаживает свой обмякший член, слизывает кровь с пальцев. Айрис знает одно: этому человеку она вверила свою болезнь. Приступов теперь не будет — только с ним, только от его рук, которые уже не кажутся мерзкими.

После этого случая Айрис Окделл радует Селину и госпожу Арамону здоровым цветом лица и хорошим самочувствием. Причина его — частые встречи, раз или два в неделю. В уголках замка, в пустых комнатах, темных беседках. Встречи, во время которых все повторяется. Ладонь на шее, ожидаемое удушье, мгновенный ужас и вслед за ним темное наслаждение.

И все же оно не идет ни в какое сравнение со свободой, которую чувствует Айрис, когда узнает о жуткой смерти любовника. В груди становится легко: человек, сделавшийся сначала олицетворением, а позже властителем кошмара, исчезает навсегда. Исчезает и — Айрис знает точно — забирает с собой ее болезнь.

Приступов и впрямь больше не будет до конца жизни Айрис, до последней страшной ночи в Надоре.

© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.