Излом

Загрузить в формате: .fb2
Автор: tigrjonok
Бета: нет
Гамма: нет
Категория: Слэш
Пейринг: Олаф Кальдмеер/Ротгер Вальдес
Рейтинг: PG-13
Жанр: Drama
Размер: Драббл
Статус: Закончен
Дисклеймер: Мир и герои принадлежат В. Камше
Аннотация: Ночь с 24 Осенних Молний 399 КС на 1 Зимних Скал 400 КС.
Комментарий: На самом деле, слеш тут, пожалуй, исключительно в голове автора
Предупреждения: нет

Закат давно отгорел, но темное ночное небо разрывают яркие вспышки. Словно разноцветные молнии. Но об этом лучше не думать. Не думать о сшивающих море и небо светлых смертоносных зигзагах, звенящих под порывами ветра стеклах, дробном стуке сломанных веток. Это не буря вроде той, что была… сколько? пять? семь? десять?.. дней назад. Это не буря, это просто Хексберг празднует Зимний Излом.

Олаф чуть приподнимается на кровати, дотягивается до кубка с водой и делает несколько глотков. Это простое действие отбирает почти все силы. Разумнее было бы попросить о помощи, но просить некого: Руппи он отпустил — точнее, выгнал — полюбоваться на праздничную иллюминацию. Хексберг — северный город, но дом Вальдеса построен в южном стиле, со множеством балконов и галереей, опоясывающей второй этаж. По крайней мере, так утверждает Руперт, успевший хорошо ознакомиться с местом их заключения. Пленники могут свободно передвигаться по дому — Вальдес ограничился тем, что приставил к ним своего человека с оружием, да и то это был скорее символический жест, чем реальная предосторожность. Сегодня это кстати. Встречать Излом в плену мерзко, но еще более мерзко сидеть в одиночестве, прислушиваясь к праздничным возгласам за окном, и, строго под стать моменту, тонуть в прошлом.

В доме непривычно тихо — Вальдес и фельпцы отправились праздновать Излом в соответствии с какой-то местной полуязыческой традицией, а слуги по случаю отсутствия хозяев, видимо, собрались внизу или вышли в город, — и острожный стук в дверь кажется оглушительно громким. Олаф не успевает ответить — визитер аккуратно приоткрывает дверь, не дожидаясь разрешения.

— Я так и думал, что вы не спите, — черные глаза Вальдеса блестят, и яркий румянец на щеках заметен даже в полумраке. — Лекарь не одобрит.

— Он не узнает, — усмехается Олаф.

— Не надейтесь. — Вальдес быстро осматривается и ловко подтаскивает к кровати кресло. — Даже если вам удастся сбить с пути истинного меня — что, между нами говоря, совсем не трудно, — скоро вернется ваш адъютант. Спеть вам колыбельную?

Олаф против воли улыбается. В присутствии Вальдеса любой, даже самый безумный поворот событий кажется вполне возможным.

— Я думал, вы уехали на… праздник, — Олаф успевает удержать на языке слово «языческий». Первый и последний раз, когда они касались религиозной темы, и так слишком жив в памяти.

— Уехал, — белозубо улыбается Вальдес. — И собираюсь вернуться туда до рассвета. Но пока я в вашем распоряжении.

С щек Вальдеса медленно сходит румянец. Сколько же хорн он проделал этой ночью?

— Зачем?

— Моя тетушка утверждает, что оставлять гостей без внимания невежливо. Но нашим фельпским друзьям сегодня и без меня обеспечено достойное развлечение. О вас этого не скажешь.

Олаф не может понять, когда Вальдес шутит, а когда говорит серьезно, и подозревает, что никогда не научится видеть разницу, поэтому просто усмехается:

— Вы до неприличия гостеприимны.

— Уж какой есть. И вы это уже говорили.

— Говорил, — соглашается Олаф. Праздничная иллюминация отбрасывает на потолок разноцветные всполохи, а Вальдес внимательно рассматривает лицо собеседника, словно читает интересную книгу, и Олаф впервые с начала ночи не думает о молниях над Хексбергским заливом.

— Хотите воды?

Вопрос звучит как утверждение, но Олаф все равно чуть качает головой. На самом деле, его и вправду снова мучает жажда — в комнате очень жарко, это помогает немного снять озноб, — но принимать от Вальдеса такую помощь не кажется разумным.

— Врете, — отмахивается Вальдес. — У вас это плохо получается, господин адмирал. — Он усмехается и встает с кресла. — Церемониал того не стоит. И потом, мы ведь уже решили, что вы мой гость. Я, можно сказать, исполняю обязанности хозяина дома.

Олаф улыбается — в самом деле, любой, даже самый безумный поворот событий — и чуть приподнимается на локте. Вальдес со значительным выражением лица переливает воду из кувшина в легкий кубок, словно выполняет какой-то очередной языческий ритуал.

— Вы сами выставили своего адъютанта, — замечает он своим обычным легкомысленным тоном. — Придется расплачиваться. Благородство наказуемо.

Олаф чуть задыхается — сердце пропускает удар. «Привел их сюда я, и они начнут умирать только после меня». Да, благородство наказуемо. Все правильно, господин вице-адмирал. Все правильно.

— Вы правы.

Вальдес резко разворачивается — черные волосы веером взлетают вокруг худого лица — и громко поминает Леворукого.

Озноб становится сильнее. В темных внимательных глазах бьется искра понимания, и под этим взглядом Олафу хочется провалиться сквозь землю. Если Вальдес, упаси Создатель, вздумает извиняться…

Впрочем, Вальдес молчит. Он просто садится на кровать и его левая рука осторожно ложится Олафу на затылок. Сильное, теплое и успокаивающее прикосновение. Это и в самом деле неразумно, но тугой узел в груди и вправду немного ослабевает.

Напоив «гостя», Вальдес резко поднимается, отступает на несколько шагов и разворачивается лицом к окну. Он смотрит в усыпанное звездами и разноцветными огнями небо, словно любуясь игрой света.

— Не стоит рассуждать о вероятностях, — замечает он после долгого молчания. — Особенно на Изломе. На другой дороге тоже нашлось бы, о чем сожалеть. Но это были бы более горькие сожаления.

— Вы не можете этого знать. Никто не может, — Олаф отвечает прежде, чем понимает, что развивать эту тему в принципе не стоит.

Вальдес разворачивается — на этот раз спокойно и плавно — и иронично поднимает брови.

— У вас плохо получается лгать.

Олаф чуть качает головой, но прежде, чем он успевает что-то возразить, Вальдес поднимает руки, обрывая разговор, и возвращается в свое кресло. И правильно, потому что — что тут скажешь?

На небе вспыхивает последняя разноцветная искра: ночь Излома — ночь подведения итогов — близится концу. Олаф закрывает глаза и снова, как и вчера, и позавчера, и много дней до этого, видит темные бушующие воды Хексебргского залива. Но еще он чувствует, что рядом сидит Вальдес и молча смотрит на неровный свет свечей.

И становится чуточку легче.

© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.