Грёзы

Открыть весь фанфик на одной странице
Загрузить в формате: .fb2
Автор: seane
Бета: нет
Гамма: нет
Категория: Гет
Пейринг: Рокэ Алва/Эмильенна Карси Марсель Валме Ричард Окделл
Рейтинг: G
Жанр: Romance Drama
Размер: Макси
Статус: Закончен
Дисклеймер: Мир и герои принадлежат В. Камше
Аннотация: написано на заявку: Рокэ/Эмильена, взаимные чувства (хоть любовь, хоть ненависть, хоть что угодно еще)
Комментарий: нет
Предупреждения: нет

Но я бедняк, и у меня лишь грезы.
Я простираю грезы под ноги тебе.

(Уильям Батлер Йейтс)

Pajaro que abandona,
Cielito lindo, su primer nido,
Si lo encuentra ocupado,
Cielito lindo, bien merecido.

(Quirino Mendoza y Cortes "Cielito lindo")

1. Ричард

Свет впереди раскачивался и прыгал, словно мяч в детских руках. Ричард закрыл глаза и снова открыл — не помогло.

Свет. Далекий желтый огонечек. Он не мог быть реальным, но Ричард все-таки побрел к нему, спотыкаясь на ходу. Казалось, где-то там — далеко впереди — звучит кэналлийская речь, но знакомых слов Ричард не улавливал. И знакомых голосов тоже.

Рокэ Алвы среди них, похоже, не было.

А Ричард не отказался бы снова его увидеть. Пусть даже это окажется очередной иллюзией, пусть он снова будет язвить и цеплять за живое, пусть...

Ричард устал скитаться здесь один. Проклятый Лабиринт оказался бесконечным, и выхода отсюда просто не существовало.

"У тебя осталось незаконченное дело, — хриплый голос, так непохожий на обычный голос Алвы, все еще звучал в его памяти — снова и снова, будто песенка на сельской ярмарке, — у тебя осталось незаконченное дело, Дикон. Если род Повелителей Скал вымрет, Кэртиане придется тяжело. Ты должен выйти из Лабиринта. Ты меня понял?"

У тебя осталось незаконченное дело...

"А род Повелителей Ветра?" — хотелось спросить ему тогда, но Ричард так и не спросил. Под неистовым синим взглядом — зрячим взглядом! — просто язык не повернулся.

Ричард снова споткнулся.

У меня осталось незаконченное дело. Я должен выжить, потому что иначе получится, что он зря меня спасал.

Зря спасал, зря щадил, зря отпускал...

Может быть, и в самом деле зря. Ричард все равно не представлял, как жить со всем, что произошло.

Да и кто даст ему жить?

Это Рокэ способен простить — и покушение на собственную жизнь, и убийство своей любовницы. Хотя простить подобное кажется и вовсе невозможным.

Но ведь никто, никто другой прощать не станет. Был Карваль, найдутся и другие.

Да Ричард и сам, наверное, не имеет права себя прощать.

Большую часть времени он просто не думал об этом или находил себе оправдания, десятки оправданий, потому что иначе следовало пойти и разбить голову о каменную стену. Наверное, это Создатель, или Четверо, или кто там на самом деле создал Кэртиану со всей ее болью и подлостью, сотворили человечество именно таким — умеющим не думать о собственным грехах. Ведь жить как-то нужно. Если б люди сокрушались обо всем непростительном, что успели наворотить, человечество давно бы вымерло.

Но люди устроены так, что угрызения совести их убивают очень редко. Практически никогда.

Рокэ ведь тоже не сомневался и не вспоминал. Делал и шел дальше, никогда не оглядываясь назад.

Или просто со стороны так казалось.

Ричард снова остановился.

Тот миг, когда ему пришлось выбирать между ослепшим Рокэ и собравшимся в Гальтару Альдо все еще ранил его больше, чем многое, произошедшее в реальности.

"Я без вас обойдусь", — сказал ему Рокэ иллюзорный. Настоящий высказался куда жестче, но суть оставалась той же. Проваливайте, герцог Окделл, и дайте мне заняться моими делами в тишине и покое.

Но чем занялся Рокэ Алва после того, как в очередной раз спас своего оруженосца?

Тем дальше, тем чаще Ричарду приходило на ум, что Рокэ отправился умирать. Отдавать свою жизнь за очередную нелепость, в которой, возможно, ценности было не больше, чем в Фердинанде Олларе. Ричард гнал от себя эту мысль, но она возвращалась, будто бродячая собака, которую однажды накормили и которая надеется получить еще.

Рокэ Алва...

Слепой, он казался почти предсказуемым и почти понятным. Он не всегда говорил то, что Ричарду хотелось услышать, но он — Лит и Абвении! — казался понятным. Вот только от слепого Ричард ушел, а когда оглянулся — его уже не было.

Был только Альдо.

И глаза Альдо становились все больше — лиловые, они напоминали цветы глициний, которые Ричард видел в Агарии. По щекам Альдо катились слезы, но печальным он не выглядел. Скорее уж воодушевленным.

Его глаза росли, и скоро они заслонили собой весь мир.

А потом кто-то отшвырнул Ричарда в сторону, и, ударившись спиной о каменный пол, он обнаружил, что находится уже не в доме. Тот дом, в который они пришли вдвоем с ослепшим Рокэ Алвой, канул в небытие.

Высоко-высоко над собой Ричард видел в полумраке сводчатый потолок. Ряды стройных колонн уходили куда-то в темноту. Помещение казалось бесконечным. Как ни высок был потолок, его Ричард мог разглядеть, стены же терялись во тьме.

Закатная Тварь, служившая источником света, — огромное аморфное существо, похожее на незаконного отпрыска улитки и кита с неуклюжими отростками лап, — взирала на невесть откуда взявшегося противника огромными лиловыми глазами. По морде ее текли слезы — и кровь.

Черноволосый стройный человек застыл перед ней с кинжалом в руке, отведенной назад — словно для удара.

Он был неподвижен, но неподвижность эта, очевидно, была сродни неподвижности танцора, замершего на мгновение, чтобы добиться большего внимания публики.

Тварь плакала, глядя на него.

"Эр Рокэ, — хотел сказать Ричард, — не надо меня защищать".

Он хотел, но не мог вымолвить ни слова.

Это был совсем другой Рокэ Алва — явно зрячий, но похоже, что перенесший тяжелую болезнь, похудевший, с запавшими глазами.

Не было больше легкого плаща и босых, сбитых в кровь ног. Одет он был совершенно обычно — штаны, сапоги, черная кэналлийская рубаха. Волосы, увязанные в хвост, растрепались, словно Рокэ пришлось какое-то время бежать. Ветра здесь все равно не было.

Или был.

Маленький вихрь закручивал воронкой пыль и каменные обломки у ног своего Повелителя, но сам Рокэ, казалось, этого не замечал.

Тварь неожиданно рванула на него, и ее рев и крик Ричарда слились воедино. Рокэ метнулся в сторону, уворачиваясь от удара хвоста, поднырнул под огромной лапой и в прыжке всадил кинжал прямо в лиловый глаз. Тварь взвыла.

Она молотила лапами, пытаясь стряхнуть с себя человека, и со стороны все выглядело так, будто пару раз ей все-таки удалось его достать. А потом он сумел вскарабкаться выше и вонзил свой кинжал ей в загривок. Раз, и другой, и третий. Казалось, он знает, куда бить.

Похоже, и впрямь знал, потому что рев, метавшийся между колоннами, вдруг оборвался, и огромная туша повалилась набок. Рокэ скатился с нее и остался лежать.

Ричард побежал к нему. Закатная Тварь, в которую превратился Альдо, смотрела на них единственным, уже начинающим стекленеть глазом.

Рокэ оттолкнул руки Ричарда и сел, сказал раздраженно:

— И незачем так орать.

Голос его звучал неожиданно хрипло, словно и впрямь после болезни.

— Вы ранены!

Рокэ только отмахнулся. Левая щека у него была располосована когтями, и кровь текла по шее, но он не замечал. Нетерпеливо убрал с лица волосы, влажные от пота. Легко поднялся на ноги, подобрал упавший при падении кинжал.

Он был такой же, как всегда. В этом странном месте, только что прикончив Закатную Тварь, он вел себя абсолютно так же, как в Сагранне, например.

Будто ему все нипочем.

Наверное, он и в Закате будет так себя вести.

Или на самом деле это очередная иллюзия, и никакого Рокэ здесь нет. Может, просто одна Закатная Тварь отбила у другой добычу.

Ричард все еще стоял на коленях.

— Ты помнишь, как умер? — спросил Рокэ.

Равнодушно так спросил, но все же...

— Что? — сказал Ричард, растерявшись.

— Ты помнишь, как ты умер?

— Да, — ответил Ричард. Он и впрямь вспомнил. Облизал вмиг пересохшие губы. — Меня з-застрелили.

— Заслуженно, насколько я понимаю, — бросил Рокэ. — Кто именно?

— Карваль. Это...

— Я знаю, кто такой Карваль.

— Эр Рокэ...

— Я тебе больше не эр. Послушай меня, — горячие сильные пальцы неожиданно стиснули его плечо. — Ты должен вернуться. У тебя осталось незаконченное дело, Дикон. Если род Повелителей Скал вымрет, Кэртиане придется тяжело. Ты должен выйти из Лабиринта. Ты меня понял? Ты понял?

— Я... я же умер.

— Ты можешь вернуться. Ты должен только этого захотеть. Достаточно сильно захотеть. Ради Кэртианы. Ты сможешь это захотеть, Дикон?

Взгляд у Рокэ был бешеный.

— Ты сможешь?

Ричард смотрел на него и не знал, что сказать. Кэртиана? Он не хотел ничего ради Кэртианы, или ради Талигойи, или ради чего-то там еще. Ему было девятнадцать лет, и он умер, умер — и только сейчас по-настоящему осознал это.

— Дикон! — Его снова встряхнули за плечи, на этот раз куда сильнее. — Ты готов вернуться?

Холодный голос, недобрый взгляд, но все же Рокэ Алва сказал ему "Дикон" и "ты". И только из-за одного этого Ричард ответил:

— Да.

Синий взгляд не потеплел, но горячие руки все еще сжимали плечи Ричарда, и от этого становилось отчего-то легче.

— Хорошо, — сказал Рокэ. — Слушай внимательно. Здесь все равно, куда идти, главное — помнить, чего ты хочешь. Твари тебя больше не тронут.

— Откуда вам знать? — вырвалось у Ричарда.

— Неважно. Тебя они не тронут. Выбирайся на поверхность.

— Вы со мной не пойдете?

— У меня еще есть дела здесь.

— Эр Рокэ, я пойду с вами, я могу вам помочь!

— Мне некогда будет на тебя отвлекаться.

Будто ковш холодной воды, выплеснутый в лицо. Ричард почувствовал себя надоедливым щенком, путающимся под ногами.

Но ведь он и впрямь мог помочь! Ему уже не шестнадцать!

— Эр Рокэ!

— Если хочешь мне помочь, сделай то, что я сказал. Выберись.

И Ричард подчинился. Иногда очень трудно было не подчиниться Алве. В этом человеке заключалось какое-то волшебство, заставлявшее весь мир плясать под его дудку. По крайней мере, так Ричард временами думал.

Вот только выход из Лабиринта Ричард так и не нашел.

Желтый огонек впереди распался на несколько таких же, и все они прыгали и скакали, словно им было очень весело.

Может быть, Ричард недостаточно хотел выйти отсюда.

Род Повелителей Скал — это не один только Ричард Окделл. Чтобы род не вымер, нужны дети, а единственную женщину, которую Ричард готов был назвать своей женой, он сам же и убил.

Не то чтобы она этого не заслуживала. Но пройти все это еще с одной женщиной? И все время ждать обмана, удара в спину?

Ричард не был уверен, что сможет. Не был уверен, что хочет.

Голоса и огни приближались.

Ричарду казалось, кто-то произнес его фамилию. Но это ведь не могло быть? Нет, не могло.

Огоньки приближались, а он стоял, опершись о стену, и ждал. Какая разница, чего? Закатных Тварей или новых видений. Спасения ему ждать все равно не приходилось.

Кэналлийская речь стала отчетливей. Ричард разобрал что-то про осторожность и про то, что кто-то может быть опасен. А впрочем, говорить могли совсем о другом. Кэналлийский он и в лучшие времена знал неважно, а теперь и то, что знал, уже почти изгладилось из памяти.

Огоньки оказались фонарями. Ричарда окружили какие-то люди, и кто-то снова встряхнул его за плечи, но это был не Алва, нет. И даже не кэналлиец. Светлые волосы, смутно знакомое лицо...

Граф Ченизу?

Ричард понял, что снова бредит. Что делать здесь графу Ченизу, этому щеголю и трусу, почему он с кэналлийцами?

— Герцог Окделл! Как вы здесь оказались? Вы меня слышите? Герцог!

Ричард понял, что падает. Руки Ченизу подхватили его, а Ричард подумал только: "Лучше бы это был Алва".

Лучше бы...

И наступила темнота.

© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.