Ménage à trois

Открыть весь фанфик на одной странице
Загрузить в формате: .fb2
Автор: Rocita (Флигель-адъютант Хомяков)
Бета: wine_trying trii-san
Гамма: Jenny
Категория: Слэш Гет
Пейринг: Валентин Придд/Арно Сэ Валентин Придд/Ирэна Придд/Арно Сэ
Рейтинг: NC-21
Жанр: Modern-AU PWP
Размер: Миди
Статус: Закончен
Дисклеймер:

Все герои произведения совершеннолетние.

Кэналлийское — Алве, тюрегвизе — Матильде, касеру — Клементу, героев — Камше, а мы просто играем.
Аннотация: Арно не знал, какие нравы царят в семье Приддов.
Комментарий: Написано на Фандомную битву 2012
Предупреждения: трисам, инцест, сексуальные игрушки

— Долго еще ехать? — спрашивает Арно и зевает.

— Минут двадцать, — откликается Валентин, мельком взглянув на навигатор.

Арно утомила вьющаяся серпантином дорога, хочется, наконец, выйти из машины, и даже перспектива знакомства с семейством Приддов уже не выглядит такой отталкивающей. Он и согласился поехать с Валентином только потому, что оставаться в квартире одному не хотелось категорически, а податься в этот раз было некуда. Наконец, впереди вырастает большой, явно старинный дом из сероватого камня, окруженный кованой оградой, и Арно рефлекторно сжимается.

Их встречает старшая сестра Валентина Ирэна. Брата она целует в губы, а Савиньяку с царственной улыбкой протягивает руку. Она кажется Арно красивой, но несколько искусственной, словно сошедшей с фотографии двадцатых годов. На бледном лице Ирэны, обрамленном короткой стрижкой каре, ярко выделяются темные, глубоко посаженные глаза. Двигается она очень плавно и слегка замедленно, словно любуясь каждым своим жестом. «Наверное, занимается балетом», — думает Савиньяк, отвечая на приветствие. Вечером приезжает Вальтер, отец Валентина. Услышав фамилию Арно, он довольно дружелюбно улыбается тонкими губами, говоря, что по службе ему приходилось сталкиваться с генералом Лионелем Савиньяком, и это сотрудничество оставило у него приятное впечатление. Арно вежливо кивает и старательно уходит от неприятного разговора о старшем брате.

Ужин подают в просторной, оформленной под старину столовой. Накрахмаленные белоснежные салфетки, столовое серебро и молчаливая прислуга в темно-синей форме создают ощущение светского приема, и Арно в своих потертых джинсах и ярко-зеленой рубашке чувствует себя немного неловко. Но первое впечатление оказывается обманчивым, и очень быстро он понимает, что атмосфера за столом царит вполне домашняя.

Младший брат Валентина Клаус оживленно рассказывает отцу о каких-то проблемах в школе, и тот, к огромному удивлению Арно, задает уточняющие вопросы и затем обещает разобраться лично. Ирэна что-то спрашивает у Арно про университет, а потом разговор плавно переходит на арт-хаусное кино, и Савиньяк с неожиданным для себя любопытством слушает рассуждения о стиле Альмодовара. Валентин время от времени вставляет реплики, но больше молчит. Вскоре Арно готов признать, что чувствует себя в этом доме вполне уютно. «Наверное, так и должна выглядеть настоящая семья», — думает он, с некоторой завистью наблюдая за тем, как Клаус льнет к отцу, явно не боясь услышать что-нибудь вроде: «Отвали, мелкий. Вечно ты путаешься под ногами».

Арно с Валентином и Ирэной засиживаются допоздна в гостиной, болтая о всяких пустяках. Вальтер сидит чуть в стороне, отгородившись от молодежи ноутбуком, но, похоже, их болтовня его ничуть не раздражает. Наконец, Ирэна зевает и поднимается, явно собираясь уходить.

— В какой комнате приказать постелить для Арно? — спрашивает она Валентина, и его ответ заставляет Савиньяка покраснеть до кончиков ушей.

— Ни в какой. Мы будем спать в моей спальне, — очень просто отвечает он.

Ирэна кивает так спокойно, словно для нее в порядке вещей, когда два парня собираются спать в одной кровати. Она примиряюще улыбается Арно, словно призывая его не смущаться, но в глазах у нее странное, будто оценивающее выражение.

Скосив глаза, Арно ловит на себе совершенно такой же взгляд Вальтера, и ему становится слегка не по себе.

— Зачем ты это сказал? — спрашивает он у Валентина, когда они остаются наедине.

— Мне не хотелось бы делать из наших отношений тайну для моей семьи, — отвечает тот и едко усмехается: — Думаю, ты уже понял, что никто не будет изгонять нас с позором. У нас в семье достаточно… широкие взгляды.

Утром, прогуливаясь по маленькому саду за домом, Арно сталкивается нос к носу с Ирэной.

— Мы все должны сказать вам спасибо, Арно, — изогнув накрашенные темно-вишневым губы, произносит она низким, немного томным голосом, — вы сделали то, что не удалось даже мне.

— Сделал что? — непонимающе спрашивает Арно.

— Благодаря вам Валентин буквально вернулся к жизни, и я очень рада за него. Он очень тяжело переживал гибель нашего брата, Джастина.

— Он ничего не говорил мне об этом!

— Он ни с кем не говорит об этом, — словно эхо, отзывается Ирэна, — к тому же, это произошло несколько лет назад. О, разумеется, я вам ничего не рассказывала! — она с таинственным видом прижимает к губам палец и величаво направляется к дому.

От этого разговора Арно немного не по себе, но, в то же время, он перестает волноваться по поводу такого спокойного отношения к нему в качестве любовника Валентина.

***

Этим же вечером они уезжают домой, и вскоре Арно почти забывает об этой поездке, погружаясь в повседневные дела. Спустя пару недель Валентин сообщает ему, что у них будут гости.

— Ирэна собирается приехать на некоторое время в город. Будет какая-то неделя моды или что-то в этом роде. Не возражаешь, если она поживет у нас? Не в гостинице же ей останавливаться.

Ирэна приезжает на следующий день, и о ее присутствии в квартире свидетельствуют разве что несколько флаконов с косметическими средствами в ванной и едва уловимый травяной запах духов, а в отведенную Ирэне комнату Арно не заглядывает.

Они вместе завтракают и ужинают, и в целом Арно вынужден признать, что это не слишком нарушает привычное течение их с Валентином жизни. Если не считать ночи.

— Иди сюда, — шепчет Валентин, обхватывая Арно за плечи и притягивая к себе, нисколько не смущаясь тем, что за стеной, звукоизоляция которой вызывает сомнения, спит Ирэна.

— Прекрати! Я не собираюсь трахаться при твоей сестре! — категорично шипит Савиньяк, плотнее закутываясь в одеяло.

— Глупости. Она ничего не услышит. — Придд прижимается к его спине и упрямо целует Арно в шею.

В конце концов, он добивается своего, впрочем, как всегда, и Арно начинает выгибаться под ним, яростно кусая угол подушки. Валентин двигается в нем сначала быстро, так, как им обоим нравится, а затем резко замедляет темп, и Савиньяк едва сдерживается, чтобы не начать подмахивать задницей и стонать в голос, прося драть его покрепче, но лишь сильнее стискивает зубы.

— Покричи для меня, — вкрадчиво шепчет ему Валентин в самое ухо, — я хочу слышать, как ты кончаешь.

— Нет, — шипит Арно, мотая головой.

— Не бойся, ты ее не разбудишь. Она все равно не спит, — произносит Придд и резко засаживает ему на всю длину.

Арно от неожиданности вскрикивает, а Валентин просто-таки вбивает его в кровать, и от этого слетают напрочь все тормоза. Савиньяку кажется, что он орет мартовской кошкой; мир сужается до пределов одной комнаты, даже кровати, и плевать, что там за ее пределами. Кончив и немного отдышавшись, они меняются местами, и теперь уже Валентин глухо стонет, закидывая ноги на плечи Арно, а тот смеется и шепчет, копируя голос любовника:

— Покричи для меня, милый.

Когда Савиньяк засыпает, Валентин некоторое время лежит, прислушиваясь к его дыханию, а затем осторожно встает и, натянув брюки, выходит из комнаты.

Ирэна сидит возле распахнутого окна, листая какой-то журнал, и ветер слегка треплет ее волосы. Валентин садится напротив сестры и спрашивает:

— Когда ты уезжаешь?

Ирэна поднимает глаза и задумчиво поводит рукой.

— Пока не знаю. Надеюсь, я вам не слишком мешаю? — с легкой обеспокоенностью в голосе спрашивает она и светски улыбается.

— О, совсем нет, — отзеркаливает ее улыбку Валентин. — Как дела дома?

— По-прежнему. Клаус скучает по тебе и дуется за то, что ты теперь так редко приезжаешь.

— Я ужасно сожалею, но ничем не могу помочь. Передай ему, что мне это тоже причиняет невыразимую боль.

— Обязательно передам. Что-то еще?

Их разговор больше всего похож на дуэль между давно знакомыми противниками, отлично знающими манеру и тактику друг друга.

— Да, чуть не забыл. Напомни, пожалуйста, нашему дорогому папочке, что я еще девять лет назад очень настойчиво попросил его не участвовать в моей жизни больше, чем того требует отцовский долг.

— Насколько я помню, тогда это звучало как: «Пошел на хуй из моей жизни». Ты был не слишком вежливым ребенком.

— Эта формулировка и сейчас кажется мне наиболее точной, — Валентин снова улыбается, и неторопливый обмен ударами продолжается: — Или ему наскучил Клаус, и он возжелал новых ощущений?

— Напротив, их отношения стали весьма гармоничными. Клаус хорошо научился удерживать на себе его внимание.

— Хорошо сосет?

— Фи, как грубо, — Ирэна морщится, но затем усмехается. — Впрочем, и это тоже.

— Тогда я не понимаю, чем вызван внезапный интерес ко мне и моей личной жизни.

— Чей интерес?

— Членов моей семьи.

— Это твои фантазии, братик. Однако, когда ты представил нам свою пассию, мы действительно были несколько удивлены, что тебя увлекли отношения вне семьи.

— Если ты помнишь, меня очень быстро утомили отношения внутри семьи.

— Я до сих пор об этом немного жалею.

— Мои соболезнования.

— Впрочем, мне нравится твой выбор. Такой очаровательный мальчик. Чем-то напоминает Клауса.

— Тебе это только кажется. И, позволю себе уточнить, это исключительно мой мальчик.

— О, разумеется!

— Рад, что мы так хорошо понимаем друг друга, — Валентин поднимается и, наклонившись к Ирэне, целует ее в лоб. — Спокойной ночи, сестренка.

После этого разговора он чувствует себя опустошенным и долго не может заснуть.

Утром Арно много и громко болтает, с огнем энтузиазма в глазах убеждает Ирэну, что ей очень пошел бы малиновый цвет волос, но за всей этой эскападой на самом деле кроется смущение.

— Мальчики, у вас на вечер планы? — осведомляется Ирэна, срезая острым, как бритва, ножом кожицу с аппетитного красного яблока.

— Нет. У тебя есть какая-то идея? — спрашивает Валентин.

— Хочу прогуляться в какой-нибудь клуб. Составите компанию?

— Конечно.

Арно, наконец выдохшийся и замолчавший, игнорирует этот диалог и ожесточенно пилит одинокую сосиску в своей тарелке. Не то чтобы он был сильно против, но его бесит, что Валентин решил все за них обоих, даже не поинтересовавшись его мнением. Но уже через час ему надоедает дуться, и вечером он с видом знатока перечисляет все самые злачные места в округе. В итоге они идут в выбранный Ирэной клуб, оказывающийся довольно приятным заведением, не слишком дорогим, но и без толпы малолеток, покупающих одно пиво на двоих.

Ирэна одета в короткое платье из черного шелка с кружевами, подчеркивающее бледность кожи, и это делает ее похожей на готическую принцессу. Она сразу направляется на танцпол, оставив брату свою сумочку, а Валентин с Арно устраиваются за столиком на втором этаже, откуда видно всю площадку. Савиньяк отпивает из своего бокала с коктейлем, ставит его на стол и перевешивается через перила.

— Она классно танцует! — с невольным уважением произносит он, наблюдая за Ирэной.

К ней пытается подвалить какой-то парень, но она даже не замечает его, продолжая двигаться в собственном ритме. «Прямо королева бала», — хмыкает про себя Арно, но что-то ему подсказывает, что танцами сестра Валентина не ограничится. Он оказывается прав: вскоре Ирэна начинает двигаться по площадке, явно подыскивая жертву. Кажется, ее внимание привлекает увлеченная друг другом парочка, и Савиньяк понимающе покачивает головой, догадываясь, что сейчас произойдет. Но, вопреки его ожиданиям, Ирэна останавливает свой выбор не на парне, а на его девушке.

— У тебя еще остались какие-то вопросы по поводу отношения к тебе моей семьи? — раздается над ним голос Валентина, и Арно со смехом мотает головой.

— Тогда хватит демонстрировать мне свой тыл, я уже достаточно впечатлен, — произносит Придд и утягивает Арно на диван. Савиньяк, перегибаясь через него, тянется за бокалом. Валентин придерживает его за ремень, затем его ладонь соскальзывает ниже, оглаживая ягодицы, и Арно недовольно передергивает плечами, но не делает попытки отстраниться. Он уже давно привык к тому, что обычно слегка отстраненный Придд может молча, без всяких объяснений, прижать его к стене в какой-нибудь подворотне и впиться то ли поцелуем, то ли укусом в губы или шею.

Валентин заказывает им еще выпить и, притянув к себе Савиньяка, на ухо рассказывает ему историю о том, как однажды, без предупреждения приехав домой, застал в своей комнате Ирэну с подругой. История оказывается весьма занимательной.

— А утром я нашел под кроватью… — страшным голосом шепчет Валентин, запуская руку за пояс Арно.

— Я не уверен, что хочу это знать, — пьяно смеется тот ему в губы.

— Развлекаетесь? — раздается голос Ирэны, и Арно рефлекторно пытается отдернуться, но Валентин удерживает его.

— Слегка. Устала танцевать?

— Немного. Посижу с вами.

Ирэна садится напротив, их разделяет только низкий столик, и Савиньяк делает вторую попытку отстраниться, но Валентин лишь крепче обхватывает его за плечи и, взяв Арно за подбородок, вдруг поворачивает его к себе и целует. Слишком резкий переход от невинных тисканий к бурной страсти, слишком демонстративно, Савиньяк затылком ощущает взгляд Ирэны, и ему кажется, что сейчас Валентин делает это специально для нее. «Так же, как ночью, — вдруг приходит ему в голову, — зачем?» Он вспоминает, как оба раза при встрече Ирэна целовала брата в губы, непонятную фразу «вы сделали то, что не удалось мне», и ответ возникает мгновенно: между ними что-то было. Это приводит Арно в бешенство. «Сучка! — думает он. — Как бы там ни было, а это мой парень!» Савиньяк перекидывает ногу через колени Валентина и садится на него верхом, запускает пальцы в волосы и начинает с остервенением целовать его сам. «Смотри внимательно, детка, а лучше иди и снимай своих девочек!» — хочется сказать ему, обернувшись к Ирэне. Вместо этого он отрывается от губ любовника и капризно произносит:

— Я хочу танцевать!

Они спускаются вниз, кажется, снова пьют, и Арно остро жалеет, что не владеет техникой стрип-дэнса. Впрочем, это не мешает ему устроить весьма зажигательное шоу. В какой-то момент перед его глазами мелькает Ирэна, но он быстро теряет ее из вида. Потом они едут домой в такси, и Арно устраивает возню с поцелуями на заднем сидении. Разумеется, все заканчивается жарким сексом, и утром Арно не может вспомнить, была ли дверь в их спальню закрыта.

Больше он не пытается отвернуться, когда Валентин целует его при сестре, и не стесняется засунуть руку в задний карман брюк Придда, когда они идут рядом. Его одновременно бесит и возбуждает ощущение, что они разыгрывают спектакль на сцене перед очень внимательным зрителем, и то, что Валентин никак не пытается это прекратить. Между ними словно идет негласное соревнование за наиболее увлекательный сеанс эксгибиционизма, и Арно, подстегиваемый ревностью, часто остается в победителях.

Однажды Ирэна уговаривает их пойти на утренний сеанс в кино. Вернее, не уговаривает, а ставит перед фактом, как королева свою пажескую свиту. Фильм — какое-то французское ретро, черно-белое и с невнятным философским сюжетом. До кинотеатра совсем близко, и они идут пешком. На улицах довольно безлюдно — еще бы, кому взбредет в голову гулять в восемь утра в воскресенье! На одном из перекрестков из-за угла навстречу им выходит смазливый парень в криво застегнутой рубашке и очень обтягивающих брюках. Арно окидывает его взглядом и усмехается. «Явно со свидания, — думает он, — только непонятно, с дамой или кавалером».

— Хорошенький мальчик, правда, Арно? — вдруг произносит Ирэна и улыбается, медленно, по-змеиному облизывая губы.

Савиньяка бесит ее тон, бесит то, что она всегда все замечает, будто специально следит за ним, и он нарочито официальным голосом произносит:

— Да, просто отменный. Я бы его трахнул.

— Задница у него весьма привлекательна, — кивает Ирэна так, словно обсуждает модель платья, — но я бы скорее представила его сверху, такие мускулы, очень в стиле голливудских супергероев.

Точно так же она сказала бы: «Но эти туфли слишком темные, с этим костюмом я бы предпочла другие».

— Ну что ты, сестренка! — растягивает Арно губы в сладенькой улыбке. — Такие мачо в постели с мужиком ведут себя, как доверчивые, послушные телята. И вообще именно накачанная мускулистая попка вызывает желание растрахать ее так, чтобы ядро пролетало. А уж каменные бицепсы — о, это та-ак возбуждает! — мечтательно закатывает глаза Савиньяк.

— Да? А мне казалось, тебе нравится другой тип внешности, — вкрадчиво произносит Ирэна, и Арно запоздало прикусывает язык, ругая себя последним идиотом. Он не рискует даже предположить, что сейчас думает Валентин, молча слушающий этот разговор.

— Ты же понимаешь, что я говорю чисто абстрактно? — улыбается он, глядя на Ирэну, но на самом деле обращаясь к Придду, и приобнимает его за талию, старательно давая понять, что это всего лишь неудачная шутка.

Тот не отстраняется, но Арно кожей чувствует возникшее между ними напряжение.

В кинотеатре Валентин берет билеты на последний ряд.

— Места для поцелуев, — понимающе мурлыкает Ирэна. Валентин никак это не комментирует, а Арно, ясно чувствуя подставу, огрызается:

— Увы, не с тобой.

Как только в зале гаснет свет, Валентин подчеркнуто хозяйским жестом расстегивает брюки Арно и запускает руку ему в трусы. Тот не сопротивляется, понимая, что сам виноват, и лучше так, чем долгие разговоры и извинения. Кусая губы, Савиньяк поворачивает лицо к сидящей слева от него Ирэне, но та не отрывает взгляда от экрана. Однако Арно готов поклясться, что она воочию представляет, что происходит на соседнем кресле. «По крайней мере, не пялится», — успокаивает он себя. Валентин начинает дрочить ему, и Савиньяк сползает в кресле, разводя ноги шире. Сначала он сосредотачивается на том, чтобы дышать как можно тише и ровнее, но зал полупустой, и, если бы даже Арно начал стонать, его вряд ли бы услышали с первых рядов. Вскоре он расслабляется и сам начинает легонько толкаться навстречу ласкающей его руке. Ему хватает нескольких минут, ощущая приближение оргазма, Арно вцепляется в подлокотники кресла, и в этот момент Ирэна, словно почувствовав, резко поворачивает к нему свое точеное лицо.

— Сука! — едва слышно шипит сквозь зубы Савиньяк, кончая под ее взглядом ученого, препарирующего лягушку.

После этого его охватывает жажда реванша. Это уже нечто большее, чем обычная ревность. Ненависть? Возможно. Они повсюду ходят втроем, и Савиньяк нередко почти забывает о присутствии Валентина, полностью концентрируя внимание на его сестре. Они разговаривают друг с другом почти вежливо, и беззлобные перепалки можно легко принять за дружеские подначки. Да, они не пытаются ужалить всерьез, но упорно прощупывают друг друга, старательно выискивая слабые места для решающего удара, и оба это прекрасно понимают.

— Мальчики, если вы не возражаете, я бы предпочла поехать домой. Здесь слишком шумно, — недовольно произносит Ирэна, помешивая трубочкой коктейль.

— Как скажешь, сестренка, — тут же соглашается Арно, несмотря на то, что они приехали всего полчаса назад. Изображая галантного джентльмена, он достает телефон и вызывает такси. Но это отступление — лишь для виду. На самом деле Савиньяк чувствует себя в ударе и тратить время впустую не собирается.

Дома он вынимает из бара бутылку кубинского рома, три бокала и провозглашает:

— Предлагаю провести этот, без сомнения, приятный вечер в нашем узком и практически семейном кругу.

Количество рома в бутылке уменьшается довольно быстро, Арно, прервав на середине очередную историю, заявляет, что ему скучно, и предлагает поиграть в карты.

— На что будем играть? — осведомляется Валентин.

— На желания, — расплывается в улыбке Арно и оборачивается к Ирэне. От рома кружится голова, и эта идея кажется ему просто великолепной.

— Согласна, — она лениво потягивается в кресле, а затем произносит: — Только не на желания, а на фантазии. Разумеется, непристойные.

— Отлично! Возможно, почерпну у тебя пару идей, — смеется Арно. Непристойные фантазии Ирэны Придд? Это будет любопытно послушать.

— Первые четыре круга проигравшие рассказывают о своих фантазиях, касающихся остальных игроков, которые невозможно воплотить в реальности, — поясняет Ирэна, — со следующего круга все игроки озвучивают фантазии, реализуемые в жизни. Проигравший выполняет одну из них.

Савиньяк с восторгом представляет Ирэну в костюме порно-кролика из «Плейбоя», с торчащим из задницы большим розовым фаллоимитатором и хищно ухмыляется, не замечая того, что Валентин смотрит на него с явным сомнением.

В первом же круге проигравшей оказывается Ирэна. Она надменным жестом откладывает карты и задумчиво переводит с Валентина на Арно взгляд, который Савиньяк охарактеризовал бы как раздевающий. Не выдержав, Арно подначивает ее:

— Ну же, сударыня, поведайте нам о своих темных страстях! Мы как благородные рыцари никому о них не скажем!

Ирэна отпивает из своего бокала и, облизав губы, медленно произносит, обращаясь к нему:

— Я бы хотела отрезать тебе яйца и член по очереди, когда ты будешь кончать под моим братом.

Если бы Арно не был так пьян, возможно, он бы смутился, но сейчас он только криво усмехается и зло цедит сквозь зубы:

— Какой полет фантазии! Я в восхищении!

В следующий раз проигравшим оказывается он сам, и, разумеется, Савиньяк не упускает возможности отомстить. Картинно почесав в затылке, он сообщает, что с удовольствием посмотрел бы на Ирэну, пущенную по кругу толпой озверевших средневековых варваров. Минут пять Арно со вкусом описывает, как именно должно вонять от этих варваров, и какой величины должны быть их члены, но Ирэна лишь коротко усмехается, продолжая тасовать карты, и в ее смешке Савиньяку чудится оттенок мечтательности.

— Десятка треф. Тебе слово, милый, — Арно победно улыбается и смотрит на Валентина.

Это последний «невозможный» круг, в прошлом тоже проиграла Ирэна, и Савиньяку интересно послушать, что скажет Придд. Тот на пару секунд задумывается, а затем скучающим голосом произносит:

— Я бы хотел посмотреть на Ирэну в застенках инквизиции. С полным набором пыток: дыба, железная дева, каленое железо и в завершение — посажение на кол.

Теперь должно начаться самое интересное. Арно берет карты, чтобы перемешать их, но то, что он с ними делает, скорее называется «дрочить». Он пересыпает их из руки в руку, поглаживая ребра подушечками пальцев и лаская ладонью глянцевую рубашку. Савиньяк не смотрит ни на кого, словно полностью увлечен этим занятием, но на самом деле он прекрасно чувствует устремленные на него нетерпеливые взгляды, и это чертовски его заводит. Подразнив Приддов еще немного, он, наконец, сдает карты и вопросительно улыбается.

— Ирэна?

— Асфиксия. Пожалуй, я бы поиграла с одним из вас. Пожалуй, даже не важно, с кем именно.

Арно ожидал, что Ирэна опишет какую-нибудь зажигательную оргию с применением любопытных девайсов, и потому немного разочарован, хотя и не удивлен. Почему-то Ирэна представляется ему тропической змеей, например, анакондой, обвивающейся вокруг его шеи своим холодным, скользким телом. Чтобы избавиться от этой малоприятной картинки в голове, он делает несколько глотков из своего стакана. По телу тут же разбегается приятный жар, и даже голова перестает кружиться. Савиньяк хмыкает и изрекает, глядя на Ирэну в упор:

— Я бы хотел оттрахать тебя вместе с твоим ненаглядным братиком. Думаю, ты отлично смотрелась бы между нами, сестренка.

Его слова идеально точно попадают в цель. Но не в ту, на которую Арно рассчитывал, потому что Валентин неожиданно зло произносит:

— А я бы посмотрел на то, как ты дрочишь и трахаешь себя какой-нибудь игрушкой, Арно.

Савиньяку на мгновение становится не по себе от этого тона, но ему слишком весело, чтобы задумываться о таких мелочах, поэтому он широко улыбается и страстным шепотом выдыхает:

— Я обязательно запомню это, дорогой. — При этом Арно сам не смог бы однозначно сказать, обещание это или угроза.

Они начинают играть, и будь Арно чуть менее пьян, он бы непременно заметил, что Ирэна поддается. Но все происходит слишком быстро, карты в его руках неожиданно заканчиваются, у Валентина почему-то очень напряженное лицо, а губы сжаты в тонкую линию. Савиньяк встряхивает головой, и тут до него доходит, что проигравшей оказалась Ирэна. Арно собирается съязвить что-нибудь по этому поводу, но язык словно ватный, а в голове — сплошной туман, и, пока он соображает, сестра Валентина поднимается из кресла и делает пару шагов к центру комнаты. А затем начинает раздеваться. Она делает это красиво, с легкой небрежностью и почему-то кажется Арно похожей на античную статую.

Пока на Ирэне еще остается одежда, все это выглядит продолжением игры. Кажется, что сейчас она остановится и скажет своим обычным, слегка надменным голосом: «А теперь, мальчики, всем баиньки», — но этого не происходит. Савиньяк, не в силах оторвать взгляд, наблюдает за импровизированным стриптизом, и это зрелище начинает его возбуждать. Ирэна чем-то неуловимо похожа на Валентина, у нее такая же светлая кожа с просвечивающими голубоватыми венами. «А пахнет она так же?» — думает Арно. Он встает и подходит к ней, но Ирэна понимает это по-своему и начинает расстегивать пуговицы на его рубашке. В следующую секунду рядом оказывается Валентин, и Ирэна вдруг криво усмехается, глядя на Арно, а затем легонько отталкивает его и впивается в губы брата поцелуем. «Сука», — думает Савиньяк и тут же вспоминает все свои подозрения на их счет. Он смотрит на то, как абсолютно обнаженная Ирэна прижимается к его Валентину, и его охватывает бешенство пополам с острым возбуждением. Арно яростно сдергивает с себя рубашку, плохо слушающимися пальцами расстегивает ремень и молнию брюк. На то, чтобы раздеться, у него уходит секунд десять, не больше, и, освободившись от всего лишнего, Савиньяк хватает Ирэну за плечо, разворачивая к себе.

— Ну, сестренка, выбирай, кто спереди, кто сзади? — интересуется он.

Ирэна оценивающе смотрит на стояк Арно и вдруг опускается на колени.

— Ты же этого хочешь? — спрашивает она низким голосом, глядя снизу вверх, и несложно заметить, что зрачки у нее расширены.

— Не сомневайся, — отвечает Савиньяк, наматывая на руку ее волосы. Краем глаза он замечает, что Валентин тоже раздевается.

Дальше все просто: Арно дожидается, пока Валентин вставит Ирэне, а затем притягивает ее за волосы к своим бедрам. Она сосет весьма умело, забирая член в рот целиком, и Арно почти не приходится двигаться самому. Он поднимает голову и смотрит на то, как Придд трахает сестру, вбиваясь в нее размашистыми движениями. «Интересно, а со мной он такой же? — приходит в голову Арно. — В нашей спальне явно не хватает зеркала…» Ему хочется поцеловать Валентина, но дотянуться совершенно невозможно, и это его бесит. А Придд вдруг начинает двигаться быстрее, Савиньяк не сразу соображает, что это значит, и не успевает оттолкнуть тварь, устроившуюся между ними и крадущую их близость. Когда Валентин дергает Ирэну на себя и вжимается в нее с коротким стоном, Арно видит его запрокинутое лицо с закушенной губой, и в этот момент ему хочется ударить любовника. Разбить в кровь губы, почувствовать, как под кулаком хрустнет, ломаясь, нос. Вместо этого Савиньяк отстраняет Ирэну и подталкивает ее к креслу.

— Теперь я, сестричка, — произносит он, недвусмысленно облизываясь.

Арно не замечает, как что-то меняется в лице Ирэны, и короткий взгляд, который она бросает на брата. Его занимает одно только желание — отомстить Валентину, и не важно, каким способом. Он опускается на пол между ног Ирэны и, не думая, наклоняется вперед. Непривычно, мокро, но не слишком неприятно. Но разобраться в своих ощущениях до конца Арно не успевает, потому что Ирэна вцепляется ему в волосы и прижимает Савиньяка к себе, нетерпеливо выдохнув:

— Давай!

Эта требовательность вдруг заводит Арно, и он, быстро приноровившись, начинает работать языком. Видимо, у него получается неплохо, потому что Ирэна сжимает его голову бедрами и царапает ногтями плечо. Она не стонет, только шипит, словно разъяренная гадюка, и от этого кажется нелюдем, упырем, поймавшим очередную жертву. Арно вдруг чувствует прикосновение сзади, но обернуться он не может — Ирэна трется о его лицо, перемазывая своей смазкой. Он мысленно зло усмехается и сильнее прогибается в спине, отставляя задницу, чтобы поза получилась приглашающей. «Хочешь меня, но делиться не хочешь? — зло думает Савиньяк. — А вот и не выйдет, будет так, как я решу». И когда Валентин начинает растягивать его, он лишь крепче вцепляется пальцами в бедра Ирэны и, на пару секунд подняв голову, как можно отчетливее произносит первое, что пришло в голову:

— Ты такая сладкая, сестренка! От тебя просто не оторваться.

— Ну так и не отрывайся, — отвечает Ирэна, направляя его голову обратно, а затем произносит, глядя на брата: — У меня в дорожной сумке ты можешь найти кое-что интересное. Хочу, чтобы ты трахнул его какой-нибудь игрушкой.

— Отличная мысль.

Еще утром, услышав такое, Арно послал бы Ирэну на хуй, а Валентину дал бы по морде, но сейчас эта идея возбуждает его так, что, кажется, яйца начинают звенеть.

Придд возвращается очень быстро, и Савиньяк, услышав его шаги за спиной, нетерпеливо раздвигает ноги. Когда на вход надавливает что-то твердое, ему хочется начать скулить, но Ирэна больше не дает ему отстраниться. Валентин не слишком острожен, но Арно сейчас это не нужно, и он сам начинает подмахивать. Но терпения Придда хватает ненадолго, и через пару минут он резко дергает Савиньяка к себе, отрывая его от Ирэны.

— Нализался? — внешне очень спокойно спрашивает он, поворачивая Арно к себе. — А теперь пососешь.

Валентин и Ирэна меняются местами, и это кажется Арно совершенно логичным. Перед его лицом оказывается член Придда, и он машинально обхватывает губами головку.

— Сестренка, позаботься о том, чтобы попка моего мальчика не скучала. Я хочу, чтобы он не мог сдвинуть ноги к тому моменту, когда я снова им займусь, — произносит Валентин.

Краем глаза Арно замечает, что Ирэна куда-то уходит, а возвращается, держа в руках фотоаппарат и что-то еще. Но дальше следить за тем, что она собирается делать, у Савиньяка не получается, потому что Валентин начинает жестко трахать его в рот.

Ирэна вставляет ему что-то в задницу, щелкает фотоаппаратом, потом трахает его вибратором, потом снова снимает. Арно почти не замечает этого, он сосредотачивается только на том, чтобы расслаблять горло и дышать как можно ровнее. Валентин долго не кончает, у Савиньяка ноет челюсть и болят уголки рта, судя по всему, порванные. Но ему кажется, что Валентин пахнет Ирэной, и Арно хочет стереть этот запах. Это продолжается целую вечность, но, наконец, Арно ощущает во рту теплое и вязкое, а Валентин обессилено отстраняется. Рядом очень кстати оказывается Ирэна, Савиньяк, не говоря ни слова, опрокидывает ее на пол и через пару минут кончает первый раз за весь вечер. Потом он трахается с Валентином, сидя у него на коленях, а Ирэна дрочит ему, царапая ярко накрашенными ногтями член. Кажется, потом они еще несколько раз меняются местами, но этого Арно уже не помнит.

© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.