Ворон из рощи Лита

Загрузить в формате: .fb2
Автор: Ортанс
Бета: Jenny
Гамма: нет
Категория: Джен
Пейринг: Ричард Окделл Рокэ Алва
Рейтинг: G
Жанр: Drama
Размер: Драббл
Статус: Закончен
Дисклеймер: Мир и герои принадлежат В. Камше
Аннотация: Мог ли предположить Ричард, не позволяя убить раненую птицу, что волею Абвениев их судьбы так странно переплетутся?
Комментарий: нет
Предупреждения: ООС, AU, мистика

― Нет! ― Голос юного герцога прозвучал звонко и решительно. ― Нет! Я не дам его убить!

Герцогиня Мирабелла сверкнула глазами и сделала шаг к сыну.

― Нам нечего есть, и вам это прекрасно известно! Надор голодает, а вы, герцог, защищаете какую-то раненую птицу, которой все равно не выжить в такую лютую зиму.

― Эта птица прилетела из дубовой рощи Лита! Её нельзя обижать!

― Опять эта ересь!

― Это не ересь! Всем известно, что зверей, живущих там, трогать нельзя, если мы не хотим разгневать…

― Лучше молчите! Ваш отец не раз охотился в этой роще.

― Моего отца больше нет. А я запрещаю трогать всю живность, что обитает в заповедном месте.

― Я что-то не припомню, чтобы в роще обитали вороны, сын мой. ― Голос отца Матео звучал, как всегда, увещевающе. ― Они в Надоре никогда не жили.

Ричард, не отвечая, развернулся и отправился к себе, в северную башню, что уже больше года была его резиденцией.

В узкой комнате с огромным камином, где сиротливо тлели несколько поленьев, он бережно опустил птицу на пол и отступил на шаг, разглядывая пернатую причину раздора.

Ворон, припадая на раненое крыло, сверкнул на него синим глазом и злобно каркнул.

― Будешь ругаться, отдам на похлебку! ― сердито предупредил Ричард и принялся перебирать щепки, валяющиеся возле камина. Найдя подходящую, он достал нитки и подошел к шипящей птице.

― Не исправим крыло ― не будешь летать. И рано или поздно попадешь или в суп, или в пасть волку, ― заметил он. Ворон склонил голову набок и хрипло каркнул, но позволил взять себя в руки.

Ричарду не приходилось раньше накладывать повязки на сломанные крылья, поэтому он делал это достаточно неуклюже. Ворон несколько раз сердито прохрипел что-то, а потом ударил клювом по руке, когда Дик был особенно неловок.

― Тварь неблагодарная! ― Ричард схватился за руку и отпустил птицу. Та, тяжело переваливаясь, отошла в сторону, волоча перевязанное крыло.

Ричард пожал плечами и огляделся. На сундуке, рядом с кроватью, стоял поднос с остывшим травяным чаем и небольшим кусочком пресной лепешки. Он положил лепешку перед птицей и вышел из комнаты.

На кухне у Нэн было тепло и пахло хлебом. Старая нянька достала из печи несколько небольших сероватых караваев и тяжело вздохнула:

― Муки почти не осталось, придется кору добавлять.

Он промолчал. Нянька наверняка уже слышала о его ссоре с матерью и находится на стороне герцогини. Из такой крупной птицы получился бы прекрасный наваристый суп, да и мясо можно было съесть. Вот уже несколько лет в герцогском замке едят то же, что и в крестьянских семьях.

― Эта птица прилетела из дубовой рощи, ― упрямо сказал он. ― Я не дам её в обиду.

Нэн поджала губы, совсем как герцогиня Мирабелла, и вздохнула.

― Задурила вам голову моя сестра, монсеньор.

― Неправда, ― буркнул Дик и повернулся к выходу.

― Возьмите лепешку, специально для вас пекла, ― крикнула ему вдогонку нянька, но он не оглянулся.

В своей комнате он решительно накинул подбитый волчьим мехом плащ, сунул под него пытающуюся клеваться птицу и спустился во двор, к конюшням.

Увидев его злое, решительное лицо, Боб быстро оседлал Баловника и сам кинулся открывать ворота.

Домик Ашлин, старшей сестры Нэн, стоял на опушке дубовой рощи. Хозяйка хлопотала по хозяйству, споро помешивая что-то в блестящем котелке.

― А вы с гостем сегодня, монсеньор, ― весело заметила она.

Птица высунула клюв из-под плаща и каркнула.

― Да вот, все похлебку хотят из него сделать, ― смущенно произнес Ричард. ― А он из рощи Лита прилетел, ну и вообще, жалко!

― Знааатный гость, ― протянула Ашлин и неожиданно сдержанно поклонилась. ― Рада приветствовать вас у себя!

Осознав, что её столь необычное приветствие адресовано ворону, Ричард недоуменно сдвинул брови и посмотрел на зашевелившуюся в руках птицу, явно желающую вырваться на свободу.

Когда ворон неуверенно заковылял по полу, волоча крыло, Ашлин тихо вскрикнула:

― Выпустил, значит, Лит!

― Что значит ― выпустил? ― почему-то шепотом спросил Ричард.

― А то и значит, что не загубил совсем за потомка своего, ― ответила старуха. ― А раз он уже наказал, то значит, вы, монсеньор, не можете его тронуть.

― Да кого ― его? ― вырвалось у Дика.

― Вечером увидите, ― пообещала старуха и широко улыбнулась. ― Каша готова, будете?

Ворон шумно вздохнул, доковылял до очага и, нахохлившись, устроился на куске старой шкуры.

Пока Дик ел и болтал с хозяйкой, солнце медленно село за горизонт, напоследок скользнув по снегу алыми, как кровь, росчерками. Ашлин поежилась, кутаясь в шаль.

― Кровь, ― прошептала она. ― Предупреждает! Ох, не ошибитесь, монсеньор!

― Да что ты все загадками?

― Обернитесь, мой господин!

Ричард повернул голову и замер: у камина на грязном куске шкуры лежал черноволосый человек в черно-синем камзоле. Рука у него была неуклюже перевязана тряпкой.

― Но это же… Это… Убийца!

― Если бы он был подлым убийцей, он не вышел бы из рощи, ― старуха неожиданно оскалилась. ― Зима нынче лютая, звери есть хотят. Значит, что-то не так было, как рассказывают.

― А как? Мой отец хромал, у него не было шансов против него!

― Не знаю, монсеньор. Я только предостеречь могу.

Человек у камина застонал, повернулся и вновь превратился в большую нахохленную птицу.

― Оставьте его мне, монсеньор. Я крыло подлечу и выпущу.

― А как же? ― недоуменно начал Ричард, но старуха махнула рукой.

― Молоды вы, вот и не знаете, не передал вам знания отец, не успел. Все Повелители могут оборачиваться, когда в пору входят, и вы сможете. Только ум звериным становится, вы помнить почти ничего не будете, как в шкуре вепря бегали. Так, отрывки, видения.

― И он тоже? ― почему-то с грустью спросил Ричард. Старуха кивнула и, встав из-за стола, бережно погладила птицу по всклокоченным перьям.

― Вы что-то сегодня решительно настроены, как я погляжу! ― насмешливо бросил герцог Алва оруженосцу, стоящему перед ним. ― Неужели хотите узнать что-то у отродья Леворукого?

― Хочу. ― Ричард сдвинул брови и сжал в кармане кольцо с алым камнем. ― Я хочу узнать, как умер мой отец, эр Рокэ!

― И вы мне поверите, юноша? ― бровь Первого маршала поползла вверх.

― Поверю, если вы мне поклянетесь рощей Лита!

© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.