Дни горячего ветра

Открыть весь фанфик на одной странице
Загрузить в формате: .fb2
Автор: Лейтенатор
Бета: Aerdin
Гамма: нет
Категория: Слэш
Пейринг: Ричард Окделл/Рокэ Алва Рокэ Алва/Ричард Окделл
Рейтинг: NC-17
Жанр: Modern-AU Action/Adventure Romance
Размер: Макси
Статус: Закончен
Дисклеймер:

Все герои произведения совершеннолетние.

Мир и герои принадлежат В. Камше
Аннотация: Убийства политиков, борьба за власть, война на Ближнем Востоке — в мире хватает проблем. Но самой серьезной грозит стать новый личный помощник владельца издательства «Алвасете».
Комментарий: Иллюстрации: Dejavidetc
Предупреждения: нет

— Личный ассистент? Ассистент? Даже не секретарь?

Дик подавился очередным воплем и смял письмо. Со всей силы швырнув в стену комок плотного картона — с золочеными буквами на конверте, вот ведь мерзавцы! — и сразу же скривился. Ушибленная пару дней назад ладонь опухала все сильнее, мази не помогали, а идти к врачу Дику было совершенно некогда. Имелись проблемы и поважнее.

Ассистент!

Да он лучше пойдет работать официантом в закусочную, чем к этому… в это…

И не пожалуешься же никому! Катершванцы укатили на практику в Дюссельдорф, наверняка упиваются там сейчас баварским пивом, прожужжали им все уши во время учебы: «Ах, ты бы попропофал!» У Арно какие-то семейные дела, к Валентину с такими вопросами подходить неловко, да и не настолько хорошо они знакомы.

В кармане завибрировал мобильный, и Дик остервенело нажал на заедавшую клавишу устаревшей еще пять лет назад развалины.

— Сэр Август! Это…

— Мой мальчик, пожалуйста, не кипятись. Я уже в курсе, такие новости редко остаются незамеченными.

— Но как? Как? Я же просто отослал им свои работы, у меня даже не было собеседования!

— Пожалуйста, успокойся, Ричард. Приезжай ко мне, мы выпьем чаю и все обсудим.

В кабинете у Августа Штанцлера — видного общественного деятеля и одного из немногих друзей отца, кто не побоялся открыто выказать расположение к Дику — всегда было спокойно и удивительно тихо. Дик мрачно пил чай, разглядывая завитки нового пресс-папье: дуб с толстым стволом прочно уцепился корнями за широкую подставку, усеянную мелкими желудями.

— Нравится? — Штанцлер проследил за его взглядом.

Дик кивнул и отставил чашку.

— Сэр Август, ну как же так?

— Ричард, пожалуйста, не нужно этих титулов, когда мы с тобой говорим наедине. Я, безусловно, польщен той честью, которая была мне оказана в позапрошлом году, но рыцарское звание — не то, что делает человека по-настоящему достойным. Вот твой отец…

— Мой отец не оставил бы это просто так! И я не оставлю! Я пойду и просто набью самодовольную рожу этой сволочи!

— Ричард! Будь добр, выбирай выражения в моем доме, ты уже не в Лаик. Учеба окончена. Теперь пришла пора заняться твоей карьерой.

Дик засопел и уткнулся в чашку. Чай в ней, казалось, никогда не закончится, но так можно было хотя бы перевести дух и прийти в себя. Кричать на сэра Августа — никуда не годится. Он уже не ребенок, ему двадцать лет. Нужно быть спокойным и уверенным. Каким был отец.

— Мне очень жаль, что ни одно из разосланных тобой после окончания колледжа писем не получило положительного ответа. Что ж, значит, единственная работа, на которую ты можешь сейчас рассчитывать — это место ассистента «Алвасете». Мой мальчик, я не вправе тебе указывать, но ты и твоя семья сейчас в очень затруднительном положении. Так что твое решение должно быть максимально взвешенным.

Дик вздохнул и уперся взглядом в дуб. Хотел бы он быть таким же несгибаемым, как эта глыба.

Но дома — мама и сестры, заштопанные чулки и выцветшие, давно не модные платья, пирог с почками раз в неделю, бифштекс раз в месяц. Это не жизнь. Друзья отца предлагали помочь, родственники тоже, но он Ричард Окделл и не намерен побираться! То, что ему удалось поступить в Лаик, было лишь началом везения, и ничто не сможет стать на его пути!

Дик всегда любил читать, внутри все закипало от новой книги или разгромной статьи, а лучший способ заработать на жизнь так, чтобы это не шло в разрез с честью — конечно же, поступить на службу в издательство!

Он сам сможет писать так, чтобы сердца людей загорались. Будет обличать всех тех негодяев, которые сломали отцу жизнь и привели к той аварии… Если сейчас для этого придется стиснуть зубы и забыть о текстах, бегая за минералкой для начальства — пусть!

— Рокэ Алва — подонок. Он заплатит за все. Сэр Август, я буду работать в «Алвасете» и сделаю так, чтобы эта сволочь оказалась за решеткой! Я не трус! Я пойду на эту работу!

Штанцлер аккуратно поставил свою чашку на стол и переплел пальцы.

— Это смелое решение, мой мальчик. Твой отец тобой бы гордился. Мирабелла… Я, пожалуй, сам позвоню твоей матери и все ей объясню.

Дик тяжело вздохнул. Разговор с мамой грозил разорвавшимися барабанными перепонками, а то и вовсе указанием немедленно бросить «погрязшую в разврате и лжи столицу» и вернуться домой. А теперь еще и работа на того, кто замешан в смерти отца. Работа на его убийцу.

Дик стиснул кулаки.

— Я смогу. Я узнаю об Алве все, что только возможно, в колледже нас учили проводить журналистское расследование! А потом я напишу такую статью, что он точно угодит за тюрьму!

— Будь осторожен, Ричард. Рокэ Алва — весьма опасный человек. Самый опасный из всех, кого я знаю, пожалуй, — задумчиво добавил Штанцлер.

— Это лучше ему остерегаться меня, — Ричард поднялся из кресла, с достоинством поклонился и бросил взгляд на каменный дуб.

Он будет осторожен. И стоек. Как скала.

***

Издательский холдинг «Алвасете» оказался именно таким, каким Дик представлял — то есть, нечеловечески пафосным и отталкивающим местом. Высокие вазы с белыми цветами в холле были единственным уголком живого в этой сверкающей сталью и стеклом многоэтажной махине.

Секретарша в приемной любезно улыбнулась ему, хотя ее взгляд остался прохладно-выжидающим.

— Господин Алва ждет вас, — изящная ручка опустила трубку телефона, и выражение глаз стало откровенно оценивающим. — Пойдемте, я провожу.

Дик ожидал увидеть напичканный дорогой мебелью и техникой просторный кабинет, на крайний случай — комнату вроде той, в которой работал сэр Август, но то, что его ждало, не походило ни на что. Впрочем, нет.

Дик застыл на пороге и стиснул зубы.

Это до боли напоминало заставленный книгами отцовский кабинет — если бы он располагался на семнадцатом этаже и вместо одной из стен было огромное окно от потолка до пола.

— Благодарю, Хуанита, вы можете быть свободны. Юноша. Я не намерен кричать через все помещение. Извольте подойти ближе, я не кусаюсь.

Дик шумно втянул воздух через нос, стиснул зубы и шагнул вперед.

В последнем из заверений собеседника он искренне сомневался.

Рокэ Алва выглядел именно так, как может выглядеть тварь, которая в любой момент тебя укусит. Он стоял спиной к окну, так что свет бил Дику в лицо, а выражения самого Алвы было не разглядеть.

Черный костюм с черной рубашкой — траур по загубленным амбициям Дика. Наверняка насмешка…

— Садитесь.

Алва продолжал стоять, скрестив руки на груди, и Дик плюхнулся на стул. Разговаривать с этой сволочью, задирая голову, будет еще неприятнее. Они с Алвой почти одного роста, конечно, тот не упустил случая заставить его глядеть на врага снизу вверх.

— Я вижу, вы не горите желанием приступить к будущей работе. Признаться, я ожидал, что вы согласитесь, но рассчитывал увидеть больше энтузиазма.

Знает! Наверняка знает, что на все остальные письма пришел отказ. Несмотря на все рекомендации, несмотря на те статьи и очерки, которые Дик успел написать во время учебы в Лаик! Потому и предложил такую постыдную должность.

— Я ожидал, что моя работа будет… — Дик с трудом сдержался, — будет более соответствовать профилю моей специальности, господин Алва. Сэр.

Алва поморщился.

— Оставьте ваше «сэр» для напыщенных идиотов, юноша. Можете звать меня коротко и просто — босс.

— Да, босс, — Дик едва не скрипнул зубами, но все же взял себя в руки.

— А что касается вашей специальности — всем приходится с чего-то начинать. Посмотрим, на что вы сгодитесь. В свое время я готовил для фок Варзов настолько отвратительный кофе, что он поспешил перевести меня на иную работу. И не пожалел, — Алва неожиданно улыбнулся, и Дик растерянно моргнул — улыбка совершенно изменила неприятное высокомерное лицо. Впрочем, наваждение тут же отступило: Алва улыбнулся шире, изучающе разглядывая физиономию Дика, и тому стало не по себе.

— Я должен буду варить вам кофе? — промямлил он, чтобы хоть как-то поддержать разговор.

— Упаси боже, юноша. Я сомневаюсь, что вы хоть сколь-нибудь сильны в приготовлении каких угодно блюд или напитков.

— Я умею готовить омлет, — обиженно буркнул Дик и понял, как смешно и по-детски это звучит.

— Для омлета сейчас, пожалуй, поздновато, — Алва бросил взгляд на часы — сверкнули ярко-синие камни, Дик скривился: наверняка эта штуковина стоит столько, что дома могли бы безбедно жить целый год. Ничего. Он встанет на ноги, и семья ни в чем не будет нуждаться. Ни в чем. Мать так же горда, как и он, подачки от чужих ей не нужны, значит, Дику предстоит позаботиться о судьбе своей семьи. — Вы так крепко задумались о том, какое же время подойдет для вашего кулинарного шедевра? Омлет — блюдо для позднего утра после долгой ночи, — в голосе Алвы явно звучала насмешка, но Дик не понял ее причины.

Алва окинул его взглядом и уселся за стол. Вблизи он казался скучающим прожигателем жизни, а никак не владельцем одной из крупнейших в стране медиа-империй. Дик со злорадством отметил синяки под прищуренными глазами.

— Нет, кофе не будет входить в ваши обязанности. С этой задачей отменно справляется Хуанита. К слову, не советую впредь кидать на нее такие же решительные взгляды, какие вы продемонстрировали утром: барышня может запросто сломать вам руку. Или шею. Так вот, — Алва оперся локтями о стол и устроил подбородок на переплетенных пальцах, — обязанности у вас будут самые простые. Точнее, их не будет вовсе. Просто являйтесь в офис в положенное время, знакомьтесь с устройством рабочего процесса. Можете попытаться завести приятелей или друзей. Если у вас получится. Когда это потребуется, будете сопровождать меня на мероприятиях, где без личного помощника появляться не велит статус, — Алва усмехнулся. — С расписанием моих встреч вы, надеюсь, справиться сможете?

— Разумеется, — Дик понимал в происходящем все меньше и меньше. — Но если вам не нужен подчиненный, зачем тогда вы…

— Возьмете его у Хуаниты. Если я не ошибаюсь, до пятницы судьба хранит меня от встреч с идиотами всех сортов, — Алва поднялся из-за стола и отошел к окну. — Договор подпишете в отделе кадров. Считайте, что я делаю одолжение вашей alma mater. — Он пожал плечами под еще более недоумевающим взглядом Дика. — У нас, как и у большинства крупных компаний, есть договоренность с Лаик и с государством. После каждого выпуска мы должны брать стажера. Признаться, в этом году я совершенно упустил это из виду, и когда зашла речь о том, кого из выпускников возьмет под крыло «Алвасете», без работы оставались только вы. Завтра жду вас в девять ровно. Вы свободны, юноша.

Дик молча кивнул затянутой в черное спине и отправился на поиски отдела кадров. Сумма, проставленная в договоре, втрое превосходила его самые смелые ожидания. Но радость мешалась с досадой: сегодня день прошел зря, и Алва сам выяснил о Дике куда больше, чем тот — о новом начальнике.

К вечеру рука немилосердно разнылась, и Дик рухнул спать, приняв сразу четыре таблетки обезболивающего. Ему снился он сам — маленький и растерянный под огромным черным крылом.

***

— Опоздать в первый же рабочий день. Очаровательно. Я могу узнать хоть одну причину, которая задержала вас по дороге сюда? Может быть, ее имя?

— Я проспал, — угрюмо буркнул Дик и набычился. Проклятый телефон окончательно приказал долго жить, поэтому будильник не прозвонил. Пришлось вскакивать с гудящей головой и нестись на работу со всех ног. — Можете вычесть из моей зарплаты.

— Непременно, — сидящую в кресле гадину ужасно хотелось двинуть кулаком по довольной физиономии. Если Дик опоздал, то начальник должен сердиться — почему же Алва сияет? Конечно, рад любой его оплошности…

— Что-то еще? Вы говорили, что до пятницы я не нужен.

— Что до пятницы у меня не будет встреч, нуждающихся в сопровождении, — Алва лениво откинулся в кресле. Он что, под кайфом? Глаза блестят как-то странно.

Дик пошарил взглядом по кабинету и наткнулся на высокий бокал с густо-красным, похожим на кровь вином на небольшом столике в углу. Да сейчас же еще одиннадцати нет, а этот — пьет! Точно, надо будет подпоить негодяя и выведать какую-нибудь важную информацию об отце.

— Наблюдать за мучительной работой мысли на вашем лице — истинное удовольствие, — Алва потянулся и сполз в кресле еще ниже. — Но я вынужден отказать себе в нем. Ну что, не выдумали до сих пор достойной причины?

— Я же говорю, я проспал, — Дик запальчиво махнул рукой и чуть не взвыл: боль стрельнула в запястье, заставив отчаянно заморгать от навернувшихся на глаза слез. Вот же черт, ну и угораздило его! Так глупо, этот мальчишка с младшего курса, похожий на крысенка, уронил на него с лестницы в библиотеке целую стопку книг с металлическими уголками. И зачем они только нужны… — Прошу меня извинить. Я пойду. Договорился сегодня поработать в архиве.

— Стоять, — лениво прилетело в спину, и Дик замер, упершись яростным взглядом в дверь. Ну что еще? — Я, безусловно, считаю архивы издательства одними из лучших в стране, но пыли там все же предостаточно. Вашей руке это не придется по нраву. А он у нее, как я погляжу, ничуть не отличается от нрава ее обладателя. Покажите ладонь. Я жду.

Дик развернулся — скрипнули по темному паркету каблуки потрепанных туфель, хоть бы оставить царапину! — и молча вытянул руку над столом. Алва, не поднимаясь из кресла, мягко обхватил его запястье и неожиданно резко дернул на себя, так что Дик едва не лег животом на стол, отчаянно стиснув зубы, чтобы не взвыть.

— Вы кому-то зубы выбивали? Или решили поспорить с ближайшей стенкой о вашей нелегкой доле?

— Пустяки. Заживет, — прошипел Дик, но хватка холеных пальцев с полированными ногтями была на удивление сильной. Не вырвешься. Дик сел на стул и скривился — потревоженная рука болела просто немилосердно. — Поранился еще в Лаик, это скоро пройдет.

— Не хочу вас пугать без надобности, юноша — вы с этой задачей отменно справитесь и сами — но смею вас уверить, скоро «это» не пройдет. Вы показывались врачу? Скажите на милость, вам вообще знакомо слово «пенициллин»?

— Конечно! Из него делают бомбы! То есть… Я перепутал, это другой…

Гудевшая с утра голова стала совершенно неподъемной. Алва, пристально глядевший в его лицо, надавил на ссадину — и у Дика перед глазами заплясали черные точки, а к щекам прилил жар.

— Великолепно. Еще пара дней, и заражение перешло бы в черт знает что. Поднимайтесь, юноша, идемте со мной.

— Но… — Дик помотал головой, пытаясь хоть немного привести в порядок мысли.

— Быстро.

Дик послушно шагал за начальником, вяло огрызаясь — тот и не думал прекратить издевательские комментарии, прочитав по дороге к лифту полную яда лекцию об отличии пенициллина от нитроглицерина. Дик тяжело вздохнул и вдруг понял, что не обижается. Ошибка была и в самом деле дурацкой, а значит, у него действительно страшно поднялась температура — иного объяснения такой нелепой оплошности он найти не мог.

— Заходите и садитесь за стол.

Дик растерянно моргнул. Двери лифта открылись прямо в огромную, светлую комнату, в углу которой маячила белизной просторная кровать. Дик затравленно посмотрел в окно — такое же большое, как и в кабинете Алвы. Они были на добрый десяток этажей выше.

— Вам требуется особое приглашение?

Алва копался в ящике строгого бюро и видеть его никак не мог. Дик скривился и кое-как дополз до стола, заваленного бумагами и заставленного бутылками. Вот же невезение — оказаться в личных комнатах Алвы и быть не в состоянии ничего толком рассмотреть!

Голова начинала кружиться, Дик зажмурился и резко распахнул глаза, когда холодные пальцы принялись деловито расстегивать пуговицы на манжете его рубашки и закатывать рукав.

— Что вы делаете?

— Вы предпочли бы укол в другое место? Снимайте штаны, — Алва замер со шприцем в руках. От ватного тампона в его пальцах остро пахло спиртом.

— Нет, я…

— Тогда извольте заткнуться.

Дик вздрогнул от быстрого укола в плечо и чересчур внимательного, совершенно трезвого чужого взгляда. Закрыл глаза. Сил спорить попросту не было. Ну не отравит же его Алва, в самом деле.

— Мальчишка. Дурак. Где вы так умудрились? Вы же сейчас свалитесь, а меня объявят маньяком-убийцей с тайной страстью к определенному семейству.

— Вы! — Дик уже занес руку для удара, но Алва оттолкнул его кулак отвратительно легко.

— Заткнитесь, ради бога. И, на будущее — если надумаете кого-то бить, большой палец должен ложиться поверх остальных, а не под них. И цельтесь не в плечо обидчика, а в нос или кадык.

Дик тяжело дышал, борясь с дурнотой. Алва мрачно глядел на него.

— Еще пять минут в моем кабинете — и вы рухнули бы на пол прямо там. Вы бы хотели, чтобы это увидели посторонние? Чтобы каждый, кто являлся бы ко мне с докладом, спотыкался о ваше почти бездыханное тело? Или чтобы вас тащили до врачей в первый же рабочий день на глазах у всей компании?

— Нет!

— Хоть на это вам хватает ума.

Дик не знал, что именно вколол ему Алва, но жар и дурнота постепенно отступали. Он глубоко вдохнул. Алва мягко сжал его запястье, по-видимому, считая пульс. Кивнул сам себе, выпустил ладонь из пальцев.

— Теперь рука. Частная клиника для сотрудников «Алвасете» находится в квартале отсюда. Вызовите такси и отправляйтесь туда. Потом — домой, и чтобы до пятницы я вас здесь не видел. Понадобитесь — позвоню.

Алва скрылся за дверью, по-видимому, в ванную: из-за нее донесся шум воды.

— Сэр… Босс…

— Что еще?

— Я могу воспользоваться вашим телефоном?

— А с вашим что произошло? — Алва вернулся и раздраженно уставился на него.

— Неисправен. Я отдам в ремонт. Просто сейчас нужно вызвать такси, а он не работает. Или я могу дойти пешком.

— Уже нагулялись. Спуститесь в холл, секретарь вызовет вам машину.

Алва прошел мимо него и вдруг с ловкостью фокусника выудил из кармана штанов проклятый отказавший мобильник. Повертел в руках — и швырнул в мусорное ведро почти через всю комнату.

— Зайдите в отдел кадров, там вам выдадут новый. И аванс.

— Мне вполне подходил и этот, — Дик сжал здоровую руку в кулак — ну не лезть же при этой сволочи в помойку, чтобы достать треклятый телефон. А там все контакты!

— Мой личный, — Алва выделил это слово такой интонацией, что Дику стало не по себе, — ассистент не будет ходить с такой рухлядью. Да, туфли тоже советую сменить. Не дожидаясь, пока развалятся.

— В телефоне остались все номера, — упрямо прорычал Дик, понимая, что если бы не чудовищная слабость от схлынувшей температуры и остатки здравого смысла — он бы набил морду этому мерзавцу прямо сейчас.

— Вы начинаете новый этап в своей карьере, юноша. И в жизни, полагаю, тоже. В новую жизнь лучше входить без старого барахла. Оно только мешает. До пятницы.

Двери лифта закрылись за Диком, отрезав его от чванливого ублюдка, который умудрился за одно утро оскорбить его столько раз, сколько никто и никогда не умудрялся — и, кажется, почти спасти жизнь.

© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.