Розовый атлас

Загрузить в формате: .fb2
Автор: Лейтенант Чижик
Бета: нет
Гамма: нет
Категория: Слэш
Пейринг: Ротгер Вальдес/Олаф Кальдмеер
Рейтинг: PG-13
Жанр: Humor Romance
Размер: Мини
Статус: Закончен
Дисклеймер: всё принадлежит Камше.
Аннотация: сказ о приключениях обычного предмета одежды необычного оттенка.
Комментарий: нет
Предупреждения: нет

— Зря я всё же купил тётушке розовый атлас...

Бешеный задумчиво разглядывал свёрток, который держал в руках. Потом, налюбовавшись вдоволь, перевёл взгляд на Кальдмеера, и по его губам скользнула ехидная ухмылка.

— А что случилось? — поинтересовался не видевший этого Олаф. — Тётушке не понравилось?

— Понравилось. Так понравилось, что она из обрезков изваяла мне ЭТО...

Вальдес одним движением развернул свёрток. Ледяной, оглянувшись, так и застыл, созерцая ЭТО, будучи не в силах выдавить из себя хоть какой-то звук. Нечасто случалось, чтобы Олаф Кальдмеер не находил слов для ответа, однако это был именно такой случай.

— Э-э... — протянул, наконец, адмирал цур зее, кое-как совладав с собой. — Думаю, тебе пойдёт.

Ярко-розовые подштанники в руках Вальдеса укоризненно колыхнулись.

— Мне это не пойдёт! — ответил Бешеный тоном, не допускающим и мысли о возражениях. — Хотя бы потому, что тётушка мне явно польстила. В её глазах я до сих пор мальчишка, и корма у меня, по её мнению, должна быть соответствующая. Так что ЭТО на меня просто не налезет. Но вот на чью-то тощую задницу...

— Верно, предложи ЭТО Руперту, — посоветовал Олаф, делая вид, что не понял прозрачного намёка. — Не знаю, правда, понравится ли ему...

— Олле! — призвал Вальдес. — Не говори глупостей! Розовые подштанники будут чудесно сочетаться с серыми глазами...

— У меня нет глаз на заднице! — отрезал Кальдмеер. — А это розовое великолепие лучше подари тому молодому полковнику, у которого весь полк одет примерно в такие же тона.

— Полагаешь, у него есть глаза на заднице?.. — наивно поинтересовался Ротгер и немедленно заржал.

Ледяной Олаф тяжело вздохнул.

— Говорю в последний раз: я ЭТО не надену, — медленно и чётко выговорил он. — Всё. Закрыли тему.

— Ну, не хочешь — не надо, — пожал плечами Вальдес. — А чудо это розовое я всё же оставлю. Вдруг передумаешь?..

Он демонстративно разложил шедевр тётушкиного швейного искусства на кровати и двинулся к выходу.

— Ротгер, не обижайся, просто... эй! А мои-то подштанники ты куда поволок?!

Старый арсенал изобиловал тёмными углами и укромными закоулками, чем некоторые обитатели крепости нагло пользовались. Особенно пара временных её обитателей.

— Олле, — прошептал Вальдес, прижимая Ледяного к стене возле старых и ржавых доспехов, — а ты надел мои любимые подштанники?..

— Ротгер, чтоб тебя!..

— Кто здесь?! — послышался с другого конца арсенала голос Жермона Ариго. — Савиньяк, Придд, если это о пять вы, то я вас...

Ответом ему послужил грохот рухнувшего доспеха.

Талиг оставался позади, как осталась позади зима, наполненная, вопреки здравому смыслу, не болью и тоской по родине, а радостью и сумасшедшим счастьем. Тем, что теперь следовало забыть, как страшный сон. Кесария ждала возвращения блудного адмирала, и едва ли собиралась встречать его с распростёртыми объятиями.

Во всяком случае, не собиралась встречать объятиями в исполнении Бруно.

И всё-таки мысль о последней весточке от Вальдеса — возвращённой шпаге — грела сердце. Правда, грела не только его и не только мысль. Другой орган любви согревали розовые атласные подштанники.

— Господин Кальдмеер, вас приказано препроводить в Морской Дом.

Он ждал этого, прекрасно зная, что рано или поздно это случится. Случилось скорее рано, чем поздно.

— Хорошо. Я могу взять с собой какие-нибудь личные вещи?

— Никаких вещей, кроме одежды, которая на вас. А шпага вам не понадобится.

Кальдмеер невольно улыбнулся, слегка шокировав солдат конвоя своей реакцией.

— Могу я, в таком случае, переодеться?

В пыточной камере с заключённого перед помещением на дыбу содрали почти всю одежду, оставив только бельё. Кальдмеер спокойно ждал начала допроса с пристрастием, ничем не выдавая своего волнения.

Если, конечно, он вообще волновался.

Палач сообщил, что всё готово, любовно огладил орудие труда и обернулся к будущей своей жертве. И остолбенел.

— Ну же? Мы начнём сегодня, наконец? — нетерпеливо поторопил следователь.

— Да вы мне тут какого-то корнета гайифского притащили вместо Ледяного Олафа... — протянул потрясённый палач, созерцая атласное великолепие.

Кальдмеер дёрнул щекой:

— Хотите себе такие же?

— Создатель упаси!

— Этот гайифский предмет туалета, по неподтверждённым данным, — сообщил следователь, — подарок вице-адмирала Вальдеса.

Ледяной оправдал своё прозвище, лишь слегка побледнев в ответ на это заявление. Зато из дальнего угла донёсся странный булькающий звук.

— А ещё, Вернер, — сказал Кальдмеер, не оборачиваясь, — у меня на левой ягодице вытатуировано сердце, пронзённое молнией.

Палач был сильно удивлён, когда из того же угла послышался сначала сдавленный стон, а потом — глухой плюх свалившегося тела. Бывало, чтобы ещё до начала пытки нервы не выдерживали у заключённых, но чтобы свидетели этого падали в обморок... С чего бы?

В утро перед казнью Ледяной сидел в своей камере на жёстком соломенном тюфяке, держа в руках самое дорогое. И вспоминая...

А явившийся к нему для последней исповеди адепт Славы решил, что застал приговорённого адмирала за чем-то неприличным.

— Мой адмирал! — уговаривал Ледяного адъютант. — Послушайте, это...

— Нет, Руппи, — жёстко ответил Кальдмеер. Как отрезал, — подштанники я не отдам.

— Но, мой адмирал! — воззвал Фельсенбург. — Я же... Я же только постирать!

День казался бесконечно долгим, и не столько из-за солнца, которое, похоже, забыло, в какую сторону двигаться по небосводу, сколько из-за переполнявших его событий. Вальдес почти дотащил валившегося с ног Кальдмеера до каюты. Усадил на стул, покосился на слегка покачивающуюся в ожидании койку и поинтересовался:

— Сам разденешься или тебе помочь?

— Я справлюсь, — заверил его Олаф.

И немедленно запутался в пуговицах.

— Справился, молодец, — констатировал Бешеный. — Теперь моя очередь справляться. Сиди спокойно!

Кальдмеер подчинился, откинувшись на спинку стула и прикрыв глаза. Каюта тонула в сонном мареве. Сквозь дрёму он чувствовал, как сильные, ловкие руки уверенно стаскивают с него одежду, придерживают, когда это требуются, потом спускаются ниже...

— Олле! — восхищённый возглас Ротгера вывел Ледяного из дремоты. — Ну, ты даёшь!

Олаф открыл глаза и обнаружил, что Бешеный в полном восторге созерцает слегка вылинявшие, заштопанные в двух местах, но в остальном совершенно целые розовые подштанники.

— Ты их сохранил! — радостно объявил Вальдес. — Даже в тюрьме...

— Ротгер, — сонно вздохнул бывший адмирал цур зее, — я бы, может, с радостью этого не делал, но других-то не было...

— Видишь, какая полезная вещь оказалась! — хмыкнул Бешеный. — А ты ещё надевать их отказывался...

Олаф его не слышал. Он уже спал, прямо так — сидя, уронив голову на плечо.

Ротгер Вальдес знал, что подарить любимому человеку на память. Оружие могут отобрать, драгоценности — украсть, но подштанники всегда останутся на своём владельце.

— Знаешь, — сказал Бешеный наутро проснувшемуся Кальдмееру, — я подумываю о том, чтобы, как вернёмся в Хексберг, купить тётушке шёлку... Скажем, голубого?

— Синего, Ротгер, — вздохнул Олаф. — Тёмного синего. И только.

— Тёмные цвета стройнят, — фыркнул Вальдес. — Тётушке, правда, не повредит, но меня больше интересуют обрезки. Хотя... Придумал! Тёмно-синий шёлк будет шикарно сочетаться с белым кружевом!

© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.