AU для Айрис

Загрузить в формате: .fb2
Автор: Kostr
Бета: нет
Гамма: нет
Категория: Гет
Пейринг: Ротгер Вальдес/Айрис Окделл
Рейтинг: PG
Жанр: Humor Romance AU
Размер: Мини
Статус: Закончен
Дисклеймер: герои и вселенная принадлежат В. Камше.
Аннотация: нет
Комментарий: написано на заявку Кинк-феста 5.8.
Предупреждения: нет

1. Беглянка.

Ее появление в Хексберг можно было сравнить только со стихийным бедствием. Худая решительная девушка в матросской куртке поверх придворного платья, с маленьким узелком в одной руке и большим пистолетом в другой, сошла на берег с купеческого судна, потребовала проводить ее к капитану порта, и объявила ошарашенному ее видом Лаузену, что ей немедленно нужно отправиться к герцогу Ноймаринену. Вот прямо сейчас, а если у него нет транспорта, то она пойдет пешком. И мучительно закашлялась.

На помощь растерявшемуся Дитриху пришел Аларкон. На его осторожные расспросы девушка отвечала с неохотой, но все же рассказала, что ее зовут Айрис Окделл, она была фрейлиной ее величества и недавно сбежала из Олларии. Нет, ее никто не посылал, но ей нужно срочно, немедленно попасть к регенту. Нет, она не может ждать до утра. Она поедет... пойдет... а если ей попробуют помешать — будет стрелять!

Филипп Аларкон огорченно развел руками — переговоры явно зашли в тупик. И тут распахнулась дверь, и в комнату ввалился Бешеный.

— И где эти грозные пираты? — вопросил он. — Кто нам угрожает?

Ему в лоб уставился пистолет в дрожащих девичьих руках.

— Нам угрожает эта дама, — устало вздохнул Аларкон. — Эрэа, прошу вас, успокойтесь. Это вице-адмирал Вальдес. Он не разбойник, хотя и похож. Не надо в него целиться.

Ротгер посмотрел на пистолет. Потом на даму. На растрепанные светлые косы. Съехавшую с плеч куртку. Бархатное платье с рубинами, в разводах от соленой воды. Отчаянные серые глаза. И улыбнулся с таким неподдельным восторгом, словно к нему спустился ангел небесный.

— Совсем рехнулся, — пробормотал Филипп, отворачиваясь. Айрис упрямо вздернула подбородок и повторила, что будет стрелять. Адмирал приложил руку к сердцу и искренне заявил, что будет счастлив умереть от столь прекрасной руки. Под жарким взглядом черных глаз девушка несколько смутилась и даже сделала попытку поправить волосы.

Дальнейший разговор протекал довольно мирно. С пистолетом гостья не рассталась, но позволила усадить себя за стол и предложить ей горячего вина.

— Эрэа, вы простудились в дороге, — уговаривал ее Лаузен. — Вам нужно отдохнуть и поправиться. Этот кашель...

— Да он у меня с детства, — отмахнулась она. — Он не пройдет. Ну хорошо, я могу подождать до завтра, но потом мне все равно нужно ехать!

— Как же вы решились, с таким слабым здоровьем, одна... — покачал головой капитан. Вальдес хмыкнул. Айрис подняла на них невозможно честные серые глаза:

— Иногда нет выбора. Я должна была это сделать. Вы же не спрашиваете, во что вам это обойдется, когда идете в бой, правда?

Ободренный миролюбием гостьи Лаузен рискнул высказаться в том смысле, что жертвовать собой и вообще воевать — мужское дело. А дело женщин — ждать, когда их спасут. Конечно, очень печально, что им порой приходится переносить неудобства, но такова уж доля женщины — терпеть... Юная герцогиня немедленно вспыхнула:

— Так я и терпела. Сидела там и вышивала, как дура. Конечно, пока не узнала, что помолвлена.

— Помолвлены?! Вы? С кем же? — Вальдеса явно сразила столь печальная новость.

Выражение лица Айрис, впрочем, тут же его утешило. Она взмахнула рукой (с пистолетом) и возмущенно закашлялась.

— С Тараканом! — выпалила она наконец. — Представляете?! С этим паршивым, безмозглым, дурацким Тараканом! Ужас какой! И ведь никто не предупредил! Пока он сам не приперся, весь белый и в цепях.

— В цепях? — не понял Аларкон.

— Ну да! Аж пять нацепил, золотые. Как погремушка. И улыбается, морда!

— Ужасно, — согласился Вальдес с нескрываемым удовольствием.

— Он, конечно, и сам не хотел на мне жениться. Он хотел жениться на урготской принцессе. Они ведь богатые, а мы... Но вдруг выяснилось, что, если он женится не на эории, его какие-то там реликвии не примут и Зверь не признает. Ну, и он, конечно, тут же передумал и заявил, что это его долг, и я его нареченная невеста, и он ужасно счастлив иметь такую жену. Я б ему устроила счастье, подонку! Он бы у меня лысый ходил, с исцарапанной рожей и без зубов! Его б не то что Зверь, родная бабка бы не признала! — девушка всхлипнула.

— Ну-ну, не плачьте, до свадьбы ведь не дошло. Все хорошо.

— Конечно, хорошо, что до свадьбы не дошло! Ну то есть это в любом случае хорошо, но главное — никак нельзя было допустить, чтобы она была. Там ведь такое выяснилось — повезло, что Дикон проболтался. Такая гадость оказалась! На свадьбе анакса — на законной, по правилам — должны главы всех четырех домов присутствовать! Вообще-то это хорошо, а то он, сволочь, герцога Алву убить собирался! Но ведь после свадьбы все равно бы убил, гад! Он только свадьбы и ждал!

Моряки переглянулись. Причины, толкнувшие юную герцогиню на столь решительный протест, становились все яснее.

Айрис опять всхлипнула и сердито вытерла глаза рукавом. Филипп осторожно спросил:

— А вы не пробовали... как-то заставить его передумать? Все-таки женитьба — вещь серьезная, и если невеста... скажем так, очень против...

Он не стал уточнять, что на такой невесте не рискнул бы жениться, даже будь она всецело «за».

Айрис печально вздохнула:

— Я пыталась! Мне даже показалось, что, когда на него упала люстра, он уже был готов сбежать. Но нет, ничего не вышло. Опять стал блеять про невинные детские шалости... фу!

— Люстра? — восхитился Ротгер.

— Начинала я с подсвечников, — пояснила Айрис. — Один раз получилось очень удачно — у него ворот загорелся. Единственный раз, когда мне удалось от него отделаться быстрее, чем за час. Только потом он все время подальше держался и еще Дикона между нами сажал. Думал, пожалею этого кукушонка! А тот трясся сидел, но не уходил! Вот и пришлось что-то придумывать на расстоянии.

— Но как же вам удалось уронить целую люстру?

— Очень просто — я освободила цепь, которой ее опускали. Только промахнулась — слишком рано. Еще немного — и попала бы по голове, а так только плечо задела. Конечно, если бы она была зажжена...

Офицеры уже не удивлялись. И, похоже, впервые испытывали к самозваному королю если не симпатию, то сочувствие. Но каким же надо быть упертым бараном, чтобы идти к своей цели через такие препятствия!

— Скажите, герцогиня, а ваш брат... он ведь, говорят, в чести у этого... Он не пытался вам помочь? — спросил Аларкон. Или хотя бы своему королю, подумал он про себя.

Герцогиня взвилась.

— Ничем он мне не помог! Брат! Не знаю уж, кому он брат! Этот ызарг поганый ему напел, что они будут ближайшими родственниками, и вообще все в сметане! Я ему так и сказала — сам за него выходи, счастье вам будет — по гроб жизни! А поросенок наш вздыхает только, и сам бы рад, небось! Подстилка тараканья! Нет, ему в жены пообещали принцессу. Урготскую, на которой его Таракан жениться не смог. Чтоб, значит, денежки все же прикарманить. Согласился, даже про королеву забыл, а ведь так на нее пялился!

— Королеву, — тупо повторил Дитрих. Ах да, там же еще и королева.

— Она-то пыталась меня спасти, — горько вздохнула Айрис. — Но что она могла? Я ведь уже не ее фрейлина. После того, как она упала в обморок, когда этот подлец собирался объявить о свадьбе немедленно, ей запретили выходить в зал... о здоровье якобы заботились! Госпожа Луиза, конечно, в обморок не падала и вообще делала вид, что ее там нет, но когда придурок в белом второй раз подряд поскользнулся и сел в варенье, да еще и прокисшее, ей тоже велели оставаться за дверью. Нет, мне никто не мог помочь, — она печально опустила плечи, и по щеке скатилась одинокая слеза.

— И все же вы сбежали, — счастливо улыбнулся Вальдес.

— Ну да. Я сказала Дикону, что раз так, я этого Таракашку просто убью. Он не поверил, глупыш. Но я бы правда его убила. Украла пистолет, когда стражники напились... Вот только он не пришел, вместо него явился герцог Эпинэ — извиняться, что он занят. А я-то уже с пистолетом вышла, ну, и потребовала, чтобы он меня вывел из дворца. Не убивать же его было. Ну вот, он мне помог нанять лодку, еще и денег дал. Вообще-то мне повезло, что это был он, — призналась она, — потому что пистолет оказался не заряжен. Он меня сам и научил его заряжать. На всякий случай. Я ему сказала, что поеду в Савиньяк. Но на самом деле мне надо к регенту! Потому что если этот подонок правда хочет стать анаксом и все эти гальтарские гадости разбудить, то его надо остановить! Немедленно!

Лаузен не сдержал стона. У герцогини Окделл опять начался приступ бурной деятельности... Но тут очнулся Вальдес.

Не зря, ох, не зря знаменитый Бешеный лучше всех на свете ладил с хексбергскими ведьмами! Не зря лучше всех понимал их неукротимый нрав. Сначала, ошарашенный видом и поведением гостьи, он мог только смотреть во все глаза на ниспосланное ему чудо. Но теперь пришла пора действий.

Никто не заметил, как он оказался рядом с дамой. И куда девался ее пистолет. Из его горячего выступления друзьям запомнились отдельные фрагменты — такие, как обещание защитить от всех дураков в цепях и без цепей, сообщить регенту все известия немедленно и с подробностями, найти этого самого Таракана, загнать в самую узкую щель и законопатить ее смолой. И положить сверху люстру. А самой герцогине лучше всего остаться в Хексберг. Причем навсегда. Чтобы никакие самозванцы ей больше не докучали. Потому что любого, кто рискнет, он лично утопит в бухте. «Да такой балбес там сам утопится», — шепнул Аларкон, и Дитрих согласно вздохнул. Им было уже ясно, что никуда этот кошмар от них не денется.

И когда бывшая фрейлина неуверенно кивнула, в исполненных отчаяния взглядах, которыми обменялись господа офицеры, не было ни капли удивления. Только ужас.

Вальдес, напротив, был счастлив до умопомрачения. Он настоял, чтобы прекрасная гостья остановилась у него (к немалому облегчению друзей), обещал показать ей город, море и гору, и даже познакомить с ведьмами. И уверял, что она непременно найдет с ними общий язык. Айрис поначалу слегка обиделась:

— Я, по-вашему, похожа на ведьму? Да? — потом, подумав, признала: — Вообще-то, наверное, да... Но не так уж сильно, как кажется. Это вы просто мою маму не видели.

— Я буду рад познакомиться с вашей матушкой, — заверил вице-адмирал.

— Не будете, — вздохнула Айрис. — Но, боюсь, ничего не поделаешь. Она все равно приедет. Вы ведь меня ей не отдадите, правда?

В ее голосе впервые прорезались умоляющие нотки.

— Никому не отдам, — очень серьезно ответил он. И тихонько добавил, — Никогда.

2. Десять лет спустя

Полдень. Адмирал Вальдес заходит в столовую, где его жена поливает цветы.

— Как прогулка? — улыбается Айрис.

— Замечательно... О, пирог! С ежевикой... мм-м!

— Оставь пирог в покое. Это Рамону.

— Почему Рамону? — удивляется адмирал. — И где он, кстати?

— Пытается попасть из арбалета в акулу.

— В акулу... а, кугелев флюгер! Не попадет, он уже пробовал.

— Ничего, теперь попадет. Я ему обещала, что в награду ему достанется этот пирог. Весь.

— Весь?! Он же лопнет!

— Я думаю, младшие ему помогут. Что-то я их не вижу?

— А... ну, им же надо переодеться, умыться... С Сэль поболтать...

— Селина занята. Пока не закончит вышивку, никакой болтовни.

— Вышивку?!

— Да, вышивку! Нечего было из парадной шали делать пиратский флаг! У меня такой больше нет!

— Айри. Я тебе десять таких привезу. Или сто. Выпусти ребенка.

Айрис хмурится.

— Ротгер, если я буду баловать ее вслед за всеми вами, у нас вырастет монстр!

— Ну тогда в угол поставь. Вышивка — это ужасно!

— Ничего. Девочка должна уметь шить. Не может же она стать моряком, как вы!.. Ну хорошо, пусть закончит завтра. Создатель, о чем я думала, когда называла ее именем лучшей подруги! Та Селина — настоящий ангел! А эта — наша дочь, и вся в родителей!

— Дорогая, не расстраивайся так. Не хочу сказать ничего плохого о твоей подруге, но ангелы — скучнейший народ. То ли дело ведьмы!

— Хм. Если это комплимент, то спасибо. Ротгер, отойди от пирога! Ты хочешь, чтобы твой сын научился стрелять, наконец? И куда делись младшие? — Айрис собирается выйти из столовой, Ротгер ее удерживает:

— Сейчас, сейчас. Дай им раздеться

— Неужели так долго снять куртку? Так. Ротгер, прекрати свои маневры. Ты меня нарочно отвлекать пришел, да? А ну, немедленно говори, что у вас случилось? Они подрались? Синяки замазывают, кровь смывают? Ну?!

— Айри, откуда такие мысли? Они просто немного промокли.

— В солнечный день без единой тучки. Промокли. А немного — это насквозь?

— Ну... в общем... Айри, ничего страшного не случилось, честное слово! Просто лодка перевернулась. У самого берега. Олаф только ноги промочил, где-то по пояс. А Филипп нарочно в воду нырнул, он подзорную трубу уронил. Ничего, сейчас тепло, не простынут.

— Я так и думала, что эта ваша самодельная лодка до добра не доведет. Все эти новые идеи мастера должны проверять, а не дети. «Скорость, устойчивость!» Она хоть плавает?

— Великолепно плавает! И, кстати, быстрее, чем обычные лодки, так что нечего смеяться. От причала до выхода из бухты пролетела, как стрела, я на вельботе еле догнал... — адмирал прикусывает язык. Поздно.

— Ротгер Вальдес. Ты хочешь сказать, что мои сыновья отправились в открытое море на этом вашем корыте?!

— Нет, что ты! У выхода я их перехватил. Айри, не волнуйся, я был рядом. И не называй нашу красавицу корытом, они обидятся. И я обижусь. Это отличная лодка, честное слово!

Кажется, у Айрис есть что ответить, но тут из дома доносится грохот. Вальдес торопится туда, но сразу же возвращается:

— Красная ваза. Я же просил тетушку Юлианну не ставить ее в коридоре!

— Это я ее туда поставила, — объясняет Айрис. — Я целый месяц надеялась, что они ее все-таки разобьют. Это подарок, я знаю, но такого уродства я никогда больше не видела. Ну ладно. Сэль, конечно, с ними?

Ротгер кивает. Айрис качает головой.

— От судьбы не уйдешь. Ты говорил, что этот адмирал, в честь которого назвали Олафа, был очень спокойным и воспитанным? Ну, Филипп-то, понятно...

— Ты же сама предложила назвать его в честь Аларкона.

— Конечно, предложила! Когда твои друзья, наконец, перестали закатывать глаза, как истеричные барышни, стоило мне войти. Такую храбрость нужно было отметить.

— Айрис, любимая, их сразила твоя восхитительная экстравагантность! А уж когда твоя матушка прогулялась по городу в шелковом сиреневом платьице по колено, бедняги и вовсе растерялись. Я и сам не ожидал. Кэцхен, конечно, и не на такое способны...

— Кэцхен? Скажи лучше — касера! Надо же было додуматься угостить ее...

— Ну, что ж поделаешь, если кэналлийское она пить отказалась наотрез. А уж как морщилась, услышав мое прозвище...

— Да, мама про кэналлийцев слышать не может, — грустно соглашается Айрис. — Не будь это только прозвище, она бы меня прокляла, пожалуй.

— И это вполне могло случиться, если бы мы не встретились! — мрачно сообщает Вальдес.

— Адмирал, неужели вы все еще ревнуете? — изумляется его супруга.

— Вас это удивляет?

— Ну что вы, это даже лестно. Лишь бы вы не поехали снова выяснять отношения с Алвой из-за похищенной невесты... и не напились оба от счастья на целых три дня. Ротгер, если ты такое устроишь, домой можешь не являться, я предупреждаю!

— Не буду, — обещает Вальдес. — Зачем мне Алва? Напиться я и без него могу. Главное — что мое счастье осталось со мной!

Лирическая сцена... увы, тут же прерванная.

На этот раз грохот доносится с улицы. И сразу счастливый вопль:

— Мама, папа! Я попал!!!

— Молодец! — кричит в ответ Вальдес. — В акулу или в окно?

— В акулу! И в окно... немножко, — счастливый сын появляется на пороге.

— Замечательно, — улыбается Айрис. — Бери свой пирог и не попадайся на глаза Кугелю. И мне тоже, пока я не закончу ругаться с госпожой Кугель.

— Ага! — Рамон хватает добычу и уносится.

— Госпожа Кугель — это надолго, — с уважением сообщает Ротгер. — Все предки — бергеры.

— Ничего, Дом Скал — тоже не шутки. Ага, явился, — в дверь начинают барабанить.

Вошедший сосед кипит и пенится. Адмирал немедленно посылает за стекольщиками и клянется подарить ему новый флюгер — напрасно! Возмущение хлещет через край.

— Эти ваши четверо разбойников извели всех соседей! Не знаю, что будет, когда они вырастут! Нет, знаю! Хексберг будет разрушен! Погибнет! Эти ваши четверо!..

— Четверо? Действительно, четверо, — удивляется Вальдес. — Ничего, это только пока. Дорогая, как ты смотришь на то, чтобы завести пятого? И воспитать из него, наконец-то, приличного человека?

— Прекрасная мысль, — горячо одобряет Айрис. — Но милый, мы же не будем за это браться прямо сейчас? — тут же добавляет она, поскольку муж, кажется, готов перейти от слов к делу немедленно.

— Зачем откладывать? А, господин Кугель! Ничего, он нам не помешает. Особенно если сам закроет за собой дверь.

Сосед, не найдя слов, фыркает и пятится к порогу. Споткнувшись о него, хватается за стену, роняет шляпу, подбирает ее, плюет на пол. И исчезает, хлопнув на прощанье дверью. Вальдес машет ему вслед:

— Всего доброго! Заходите еще! — и снова обнимает жену.

— Кстати, если ты хочешь принять участие в дележке пирога, то сейчас самое время, — лукаво напоминает Айрис. Ротгер отмахивается:

— Кажется, я нашел занятие поинтереснее...
© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.