Совершенство

Загрузить в формате: .fb2
Автор: Кэр Ри
Бета: нет
Гамма: нет
Категория: Слэш
Пейринг: Рокэ Алва/Марсель Валме
Рейтинг: NC-17
Жанр: Romance Humor
Размер: Мини
Статус: Закончен
Дисклеймер:

Все герои произведения совершеннолетние.

герои принадлежат В. В. Камше
Аннотация: написано на заявку Кинк-феста 1.14.
Комментарий: все герои совершеннолетние.
Предупреждения: нет

Славный город Фельп Марселя определенно радовал. Морской воздух наполнял тело бодрящей свежестью, а душу — приятным предвкушением. Хотя виконт уже и так вкусил многие прелести за последние ночи. Нет-нет, вы не подумайте, виконт — патриот своей страны, по крайней мере по части, касающейся прелестных дев. Незабвенную Марианну пока еще не затмила ни одна красотка, скрашивающая ночи Марселя. Ах, вольный город Фельп с его не менее вольными нравами. Если в Олларии в веселых домах была мода на пышные платья с такими застежками, что молодые люди уже отчаивались когда-либо снять одеяния с прекрасных эрэа, а еще надо было стянуть корсет, но уж если таковой расстегнуть не удавалось, то хотя бы от нижних юбок и чулок освободить даму все же стоило, если в Олларии была мода на тяжелые духи, аромат которых не выветривался из будуаров и после нескольких часов проветривания, если в Олларии была мода на продолжительные и пикантные темы до и после (слава Леворукому, что не во время!) действа, ради которого молодые люди и посещали подобные дома, так вот, тогда в Фельпе мода призывала веселиться, совершать мелкие безумства, соблазняла легкостью, брызгами удовольствия, и не поймешь, то ли дама полуодета, то ли дама полураздета. Ах, пьянящая свежесть морского побережья, залитые лунным светом мятые простыни. Распахни окно поздней ночью — и увидишь статую птице-рыбо-девы, черным силуэтом маячащую на фоне шелестящих листвой деревьев, подмигивающую немного снисходительно подвыпившему виконту или — если выпил побольше — ехидно ухмыляющуюся ему же почему-то алвовской усмешкой. Весна на душе, ызарг в ребро...

Утро, раннее утро, а Марсель Валме почему-то на ногах, бредет к палаццо Сирен. Первый маршал уже наверняка проснулся.

— Виконт, неужто некая рыба-дева, проснувшись, решила, что из-за вас она перестала быть девой и потребовала немедленной свадьбы?

— Нет, Рокэ, я предпочитаю с девами не связываться. С ними, знаете ли, скучно.

Алва сощурился:

— Нет, Валме, не знаю.

— О, вы никогда не благодетельствовали невинным созданиям?

— Не угадали, просто я в постели никогда не скучаю, даже с невинными девами.

Шах и мат вам, виконт! Марсель рассмеялся:

— Да, герцог, сравниться с вами даже на этом поприще мне не удается.

— А что, неужто хочется?

Это Леворукий напару с лишней выпитой бутылкой шутит после буйной ночи или у Алвы сегодня с утра такое игривое настроение?

— Ну, знаете, стремиться к совершенству — благое дело.

— Вы считаете меня совершенством?

— Ну, в некоторых областях — да.

Марсель мысленно отвесил себе оплеуху, что еще за совершенные области Алвы!..

— И стремитесь ко мне? — похоже, герцог развлекался на полную катушку, между прочим, за его, Марселя, счет.

— Я имел ввиду, что... — Марсель запнулся, потому что на ум вдруг пришло затасканное выражение «что имею, то и введу». Да, определенно не стоило вставать так рано, — в общем, вы все прекрасно поняли, герцог.

— О да, главное, чтобы я еще и правильно понял, виконт. Впрочем, вернемся к началу разговора. Что это вы притащились в такую рань?

Ну не будет же Марсель говорить, что ему приснился кошмар про крылатых дур с острыми коготками и черными зубками, что он вскочил, на уровне инстинкта — сказался опыт — подхватил свои вещи и выпрыгнул в окно, до безумия напугав проснувшуюся даму. Та, подумав, что вернулся муж, пыталась одновременно закрыть за Марселем окно, убрать два бокала (эх, ну почему, нас жизнь не учит ничему — разве так уж сложно: пить из одного бокала?), спрятать бутылки под кровать — они туда уже не помещались (видать, мужа не было долго), прибрать раскиданную одежду. Бедняжка, достать лиф с люстры ей так и не удалось. Как он туда попал, виконт не помнил... Кажется, это он вчера в порыве страсти доказывал, что все делает лучше всех: и кидает выше, и хм... держится дольше — что за бутылкой вина, что в постели, и скачет лучше...да, и бегает быстрее...

Определенно, это все Марсель рассказывать не собирался. Особенно Алве.

— Да совесть во мне проснулась, герцог. Я как никак служу при вашей особе, а целыми днями ничего не делаю.

— Да, только ночами. И то без всякой пользы для меня.

Марсель поморгал. Ворон посмотрел в окно.

— Что же, в таком случае извольте находиться при моей особе сегодня целый день.

— Служу Талигу!

— Я как раз собирался в порт. Приведите себя в порядок и догоняйте.

— Э, а что не в порядке?

— Вы надели рубашку наизнанку, в волосах у вас кто-то оперился, и, вы уверены, что это ваши штаны?

Марсель опустил глаза. На ногах красовалось красно-зеленое нечто. Леворукий, за что ты так жесток? Сам же вроде не ханжа и не примерный семьянин.

— Я вас догоню, — стушевался виконт и чуть ли не испарился под насмешливым взглядом.

***

Спустя час он добрался до порта. Алва переговаривался с Тиффано Гракка. Инженер что-то с энтузиазмом рассказывал и размахивал руками.

— Виконт, а вы похорошели с последней нашей встречи, — улыбнулся Алва. У Марселя даже возмутиться не получилось: такая добрая и искренняя была улыбка. Очнись, виконт, когда это ты видел на лице маршала добрую улыбку??

— А мы тут подумываем о новых моделях галер.

— А чем вас старые не устраивают?

— Они такие скучные... А я, как вы помните, скучать не люблю.

Валме скривился, будто проглотив лимон без кожуры.

Еще один намек, и... А что и? Слушай и терпи, виконт!

Похоже, кто-то услышал его молитвы, потому что до вечера Алва почти не обращал на Марселя внимания. Непонятно с чего было обидно.

Из порта они направились в таверну, коих поблизости наблюдалось великое множество. Из таверны — к морю. К веселой компании по дороге присоединялись прохожие.

Темнело. На безоблачном небе начали появляться звезды. На юге звезды всегда кажутся крупнее и ярче. Задул прохладный ветер, были слышны всплески волн, разбивающихся о берег. Голоса зазвучали тише. Моряков потянуло на романтику.

— Интересно, с кем вчера трахалась Оливия Генц? Я только было собрался постучаться к ней, как услышал вздохи, скрипы, — поинтересовался усатый капитан.

— Так к ней приехал муж! Она же вроде бы предупреждала... Так что с мужем, господа...

— Фи, моветон, — поморщился Дерра-Пьяве, карикатурно закатив глаза. Все расхохотались.

Моряки поинтересовались у Алвы: как ему фельпское женское общество. Алва отшутился.

— А что насчет вас, виконт. Как вам здешние прелестницы?

— Выше всяческих похвал, однако с достоянием Олларии не сравнится никто.

— А что за достояние? — заинтересовались фельпцы.

— Марсель говорит о Марианне, — ответил Алва, — прекрасная баронесса оставила глубокий след в его сердце, затмив собой ваших дам.

Моряки возмутились, принявшись защищать гм... честь родного города.

— Что, неужели ни одна не сравнится? А вы пробовали с...

Валме только закатывал глаза и усмехался.

— А спорим, что Марсель все же встретит истинное совершенство и забудет о баронессе? — вдруг спросил Алва.

— Спорим!

— Я не собираюсь спорить!

— Боитесь рискнуть?

— Хотите взять меня на слабо?

— Взять вас, — задумался Алва, — на слабо. А, может, и хочу. Вы позволите?

— Все равно вы проиграете. Спорим. А на что?

— А пусть, если проиграете вы, то покрасите уши Андреатти в розовый цвет, если проиграю я, то покрашу их в зеленый.

— Герцог, эти уши настолько не дают вам покоя??

— Они чудовищны, виконт.

Окружающие загоготали. Варотти спросил:

— А сроки спора?

— Сутки, — не задумываясь, ответил маршал.

— Ого, — раздалось уважительное.

— Хм, — скептически откликнулся Валме.

— Мы, пожалуй, вернемся в палаццо. Нужно приступать к воплощению плана, — подмигнул всем Алва. Валме присоединился к нему.

— К какому еще плану? Не прошло и пяти минут, а вы уже его придумали?

— Ну почему же пяти, — усмехнулся Ворон, — все, хватит вопросов, виконт. Лучше идите готовить розовую краску.

Пробурчав достаточно тихо «самоуверенная зараза» — чтобы Ворон мог сделать вид, что не услышал, Валме направился в свою спальню.

Не спалось. Луна светила сквозь тонкие занавески, причудливые тени бегали по стенам: ветер покачивал ветки деревьев. Раздавались тихие шорохи, поскребывание, скрип дверей, легонько покачивалась кровать, как лодка штиль. Руки Марианны нежно скользили по груди, губы, едва касаясь, опаляли теплым дыханием висок. Стоп, какая Марианна! Валме распахнул глаза, уставившись в синие очи герцога.

— Какого?.. — Марсель не успел закончить вопрос, как губы Алвы накрыли его собственные. Не целуя, а просто проглатывая слова. Руки спустились чуть ниже, поглаживая талию. Было бы очень приятно, если бы Марсель расслабился и забыл, кто именно сейчас забирается к нему в постель. Алва же, чуть отстранившись, откинул одеяло, стянул с себя штаны — единственную находившуюся на нем деталь туалета, оседлал бедра виконта, наклонился и поцеловал того в нос.

— Я повторюсь, Марсель, но с последней нашей встречи вы опять похорошели.

— В-вы, вы пытаетесь меня соблазнить?

— Как быстро вы догадались, — изумился Ворон.

— Н-но зачем?

— А вы мне нравитесь.

— Не врите, — попытался вывернуться Марсель, но Алва лишь сильнее сжал его бедра. Леворукий, лучше не шевелиться.

— Я не вру, если бы вы мне не нравились, я сейчас не сидел бы на вас.

— Я понял, вы просто хотите выиграть спор. Так знайте, у вас ничего не получится!

— Но попробовать то можно. Я знаю, что в вопросах чести вы щепетильны, так что часть сделки вы выполните. А я лишь предоставлю вам шанс отыграться на этих чудовищных ушах.

— Попробуйте, — неожиданно расслабился виконт.

— Сколько?

— Что сколько?

— Сколько раз за ночь вас удовлетворяла баронесса?

— О, хотите перещеголять?

— Ну так сколько?

— Три, — Марсель мог бы и солгать, но почему-то не захотел.

Алва рассмеялся, а Валме чуть было не застонал от того, что Ворон в процессе смеха задевал кое-что, которое очень радовалось такой тряске.

— Не думайте, виконт, что я думаю, что дело в количестве, — Алва наклонился ближе и прошептал в ухо, — оно будет и качественнее, — и слегка потерся о Марселя, всем телом.

Валме наконец не выдержал. Он прогнулся, пытаясь прижаться сильнее, и обхватил руками плечи Алвы.

— Р-рокэ... — ах, как звучит это горловое эр из уст стонущего человека.

— Да, виконт?

— Приступайте уже, а я расслаблюсь и буду получать удовольствие.

— Значит, вы уже не сомневаетесь, что его получите?

— Н-н... — Алва наконец поцеловал Марселя. Очень нежно, едва касаясь языком его губ, чуть двинул бедрами, вдыхая приглушенные стоны. Снял с виконта сорочку, прижавшись к обнаженной груди. Начал медленно покачиваться, чувствуя, как вставший член упирается ему в бедро.

П-пожалуйста...

— Р-рокэ... — еще немного, и Марселю казалось, что он кончит, даже не дотронувшись, сквозь оставшиеся на нем подштанники. Алва улыбнулся, стянул их, неотрывно глядя в глаза виконту. Тот не мог отвести взгляд. Раскрасневшийся Ворон — то еще зрелище.

Валме вздрогнул, когда герцог скатился с него, а Ворон скользнул вниз, поглаживая, успокаивая. Поцеловал живот, дотронулся пальцами до члена, лизнул его, чуть сжал рукой, и Марсель кончил, выгнувшись и закрывая глаза.

— Начало неплохое, — удовлетворенно хмыкнул маршал и поцеловал Валме.

И начало, и середина, и конец, по мнению виконта, были более, чем неплохими. Они были (да, Рокэ) очень даже (быстрее) неплохими (агх-х). Они были (не-издевайся-да-так-Леворукий-о-твари-еще-да-да) совершенными.

Совсем измученный виконт отрубился в третьем часу ночи. Алва обнял сонное тело и погрузился в мир марселевских сновидений, продолжая свое дело уже во сне. Герцог прогнал оттуда всяких клыкастых рыбо-дур, наворожил штиль на море, каюту с откидным потолком, чтобы было можно смотреть не только на звезды от оргазма, но и на настоящие звезды... Морская романтика.

***

Посреди ночи Валме проснулся от настойчивых поцелуев. И еще от кое-чего очень настойчивого, упирающегося в зад. Алва прижал полусонное тело к груди, сцепив руки на талии виконта, и медленно вошел в него. Кружилась голова, обрывки снов еще не до конца выветрились из сознания. Марсель почувствовал, как его собственный член твердеет и трется о простыни, пока Алва неспешно продолжает двигаться. Виконт попытался дотянуться до жаждущего внимания органа, но герцог перехватил его руки и сам сжал уже затвердевший член. Медленно, очень медленно, как пытка, сводящая с ума, но которую не хочется прекращать. Стоны, тяжелое дыхание, вздрагивание тел... Алва, расслабленно лежащий на Марселе, придавив того к кровати. Валме переворачивается на спину, обхватывает руками герцога, целует его в щеку и проваливается в сон. Ведь Рокэ останется с ним до утра?..

— Да, — почти не различимый шепот возле губ.

— Мм, — неопределенно отозвался виконт.

***

Солнечные лучи наполняли комнату игривыми зайчиками. Марсель потянулся и открыл глаза. На него внимательно смотрел Рокэ Алва. И улыбался. Очень тепло. Виконт подвинулся поближе к герцогу, нашарил его руки и сплел их пальцы, уткнувшись подбородком в плечо Рокэ. Так хорошо. И Ворон до утра остался...

— Ну что, виконт, вы убедились, что я никогда не проигрываю?

Вместо ответа Валме взял руку Алвы и положил ее на вновь твердеющий член.

— Хотя это уже излишне...

— То есть мне уйти?..

— Только попробуйте! Я не то хотел сказать, и вообще, я намерен использовать излишки не одну ночь.

— Вы наглеете, виконт, — слегка сжал руку Алва.

— Учусь у вас, герцог, — со стоном выдохнул Марсель.

— Я, кстати, надеюсь на вашу честность, — усмехнулся Ворон и крепко поцеловал Марселя в губы.

Днем моряки поинтересовались у Алвы, где виконт и каковы результаты спора. Алва загадочно улыбался.

В послеобеденную встречу отцов города гран-дукс Гампана начал вступительную речь и едва не подавился, что в его возрасте было опасно, увидев ярко-розовые уши дукса Андреатти.

© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.