Тонкие цвета глубины

Загрузить в формате: .fb2
Автор: itildin
Бета: нет
Гамма: нет
Категория: Слэш
Пейринг: Валентин Придд/Арно Савиньяк
Рейтинг: R
Жанр: Romance Angst
Размер: Мини
Статус: Закончен
Дисклеймер:

Все герои произведения совершеннолетние.

Мир и герои принадлежат В. Камше
Аннотация: Написано на заявку "Валентин/Арно. Кто-либо из них ранен, выхаживает другого, можно в экстремальных условиях. Можно модерн-АУ."
Комментарий: нет
Предупреждения: нет

— ...представляешь, а потом я...

— ...да ладно, невозможно.

До слуха донеслись обрывки разговоров, дружный смех, потрескивание поленьев в камине, и Арно, потянув на себя тяжелую дверь, шагнул внутрь. Конечно, сведения, полученные разведкой важны, но для начала ему нужно хотя бы немного согреться — зима выдалась морозной и снежной, а пальцы немели даже в перчатках. Арно, не задумываясь, прошел к столу, за которым громогласно вещал что-то Катершванц со своим чудовищным акцентом, посмеивался Давенпорт и пили вино несколько смутно знакомых теньентов Западной армии. С тех пор, как сам он попал в отряд «фульгатов», времени на общение оставалось не настолько много, чтобы знать в лицо всех новичков.

— Какие новости?

— Да не сказать, что хорошие, — Арно небрежно скинул тяжелый зимний плащ на спинку стула, провел ладонью по темной, впитавшей влагу ткани, смахивая налипший снег. — В Эйнрехте переворот, — он рассеяно огляделся, а потом схватил первый подвернувшийся под руку бокал. Горячая жидкость приятно согревала, слегка обжигая горло.

— Снова скверна? — полушепотом произнес кто-то, все разом замолчали, ловя каждое слово.

— Да нет, самый обычный государственный переворот, — пожал плечами Арно, бездумно вглядываясь в рыжеватые отсветы огня на противоположной стене.

— Это сколько, получается, перемирие с Дриксен продержалось? Почти три года? — сразу загудели за столом, пытаясь осмыслить полученную информацию.

— Сложно сказать наверняка, но война, конечно, возможна, — уклончиво ответил Арно. Он неохотно стянул перчатки и бросил их на стол — пальцы по-прежнему не слушались, пришлось с силой сжимать в руках бокал, пытаясь получить хоть немного тепла от украшенной резьбой поверхности. — Часть отряда вместе с капитаном осталась в Лауссхен, а дальше видно будет, — решил он в итоге.

И натолкнулся взглядом на Валентина.

«Все еще полковник», — эта мысль каждый раз вызывала усмешку, хотя Арно прекрасно понимал, что в мирное время — а последние три года выдались на редкость мирными — сложнее получить повышение. И, тем не менее.

Звание осталось, а вот их отношения изменились настолько, что Арно и представить не мог. Он думал о чем угодно — что Придд все же окажется предателем, что не окажется и тогда, наверно, они даже могли бы стать друзьями, или не совсем друзьями... Но вот того, что случилось на самом деле, Арно точно не ожидал.

***

Это произошло чуть больше двух лет назад. В один ничем не примечательный день поздней осенью. Арно смеялся с «фульгатами», кутаясь в плащ и выдыхая пар изо рта, моментально рассеивавшийся в ледяном воздухе. А в следующее мгновение ему на плечо легла чья-то рука.

— Виконт, нам так и не удалось выпить вместе «Змеиной крови». Что скажете насчет сегодняшнего вечера?

Валентин.

— Я не против, — легко откликнулся Арно. Знал бы он заранее, чем все обернется... Все равно пошел бы.

Комната, которую занимал Валентин, оказалась небольшой и светлой. В глаза сразу бросался идеальный порядок — аккуратно сложенные бумаги на столе, полная чернильница, обвитая хвостом серебристой найери, меховое покрывало на заправленной кровати. У самого Арно ничего подобного не наблюдалось и близко — важные документы он умудрялся запихнуть так, что не найдешь, вещи валялись как попало, про одежду и говорить не стоило.

Обычный вечер, приятный разговор ни о чем и бокал вина в руке действовали расслабляюще, и Арно уже решил, что ничего неожиданного просто не может произойти, когда Валентин вдруг поднялся, подошел к нему и опустил ладони на плечи.

— Виконт, — чужие серые глаза казались темными, почти черными в неровном свете свечей, стоило Арно обернуться. — С вашего позволения, у меня есть одно, если так можно выразиться, предложение.

— Какое? — вопрос прозвучал хрипло, надломлено, и Арно мысленно выругался, но с голосом ничего не смог поделать.

Вместо ответа Валентин прошелся ладонями по плечам, коснулся шнуровки рубашки, ослабляя ее. Ткань послушно соскользнула с плеча, поддаваясь чужим плавным движениям. Валентин изучающе провел по коже прохладными пальцами, спустился ниже, дотрагиваясь до груди, продолжая гладить, а потом просто отстранился, выжидающе глядя на Арно.

В первый момент Арно захотелось развернуться и как следует двинуть невесть что о себе возомнившему полковнику, но это стало бы ложью. Он никогда не задумывался о подобном всерьез, но теперь, узнав, ощутив, с неожиданной горечью понял, что не сможет отказаться.

— Что это? — глупый вопрос, но ничего путного в голову решительно не приходило.

— Разве я недостаточно ясно выразился? — Валентин чуть усмехнулся и продолжил, — На основании некоторых своих наблюдений, я сделал вывод, что вы согласитесь. Если я ошибся, то приношу свои извинения, и забудьте об этом разговоре.

— Каких еще наблюдений? — недовольно буркнул Арно, пытаясь собраться с мыслями и машинально поправляя сползшую с плеча рубашку.

— За вами, виконт, — спокойно отозвался Валентин, словно речь шла о чем-то настолько незначительном, что даже не требовало лишних объяснений. — Вас совершенно не привлекают местные красавицы — вы ни разу не оставались в трактирах дольше, чем нужно, и никогда не уходили ни с кем в верхние комнаты, хотя внимания к вам проявляют достаточно.

— И это все, что ли? — удивился Арно.

— Нет, разумеется, — Валентин удовлетворенно кивнул собственным мыслям. — Вы гораздо чаще, чем того требуют приказы, стремитесь оказаться в моем обществе. Возможно, подобное неравнодушие стоило бы списать на ваше упрямство, но реакция на случайные прикосновения окончательно доказала мне обратное.

Случайные прикосновения? Вернее, выходит, вовсе не случайные. Память о них пестрела множеством мелочей — незабываемых и ненужных.

— И что вы хотите предложить? — Арно задал этот вопрос только потому, что затопившая комнату тишина становилась совсем уж невыносимой.

— То, что я вполне недвусмысленно дал вам понять, — Валентин пожал плечами. — Понимаете, найти кого-то с такими же, — он замялся, подбирая слово, — предпочтениями, не настолько легко, как может показаться на первый взгляд. А мне не хотелось бы распространяться об этом больше, чем возможно. Поэтому я решил, что предложенный мной вариант будет удобен для нас обоих.

— Удобен? Только поэтому? — Арно не собирался произносить это вслух, но вопрос вылетел сам собой.

— Да, конечно, — спокойно подтвердил Валентин. — Что скажете, виконт?

А что он мог сказать. На какое-то мгновение Арно нестерпимо захотелось отказаться и послать излишне самонадеянного Придда к закатным кошкам. Но тогда он не получил бы ничего. Совсем. Валентин все понял правильно и неправильно одновременно, но не сообщать же ему об этом.

— Я согласен, — Арно усилием воли удалось придать своему голосу нарочитую небрежность. — Почему бы и нет.

То, что происходило дальше, Арно запомнил какими-то урывками, расплывающимися цветными пятнами, словно как попало наляпанными неумелым художником красками на полотно. Серебристо-серым — меховое покрывало на кровати, лиловым — небрежно сброшенный на пол шейный платок Валентина, густо-синим — постепенно перетекающий в ночь вечер за окном.

Арно, полностью раздетый, лежал на животе, утопая в мягком меху, и даже не пытался уже сдерживать стоны.

— Хватит медлить, сколько можно, — не выдержал он в итоге, нетерпеливо подаваясь под чужие прикосновения. Валентин был прав, когда предложил такое. Сотню, тысячу раз прав.

— О, а вы, судя по всему, весьма нетерпеливы, виконт, — как вообще можно сохранять самообладание в подобной ситуации. — Прежде, чем мы начнем, хочу оговорить одно обстоятельство, — неожиданно серьезно произнес Валентин, не обращая внимания на недовольные протесты.

— Ну, что еще? — Арно соображал с трудом.

— Если вам не понравится, то мы, разумеется, можем на этом и закончить.

— Обязательно, — буркнул Арно, зарываясь лицом в серебристое покрывало на постели.

Впрочем, предупреждение оказалось излишним. Боль от проникновения оказалась мимолетной, незначительной, зато другие ощущения накрыли с головой. Размеренные, глубокие движения внутри, чужие ладони на взмокшей спине — поглаживающие, удерживающие. Единственное, что вызывало досаду — Валентин, похоже, был молчалив не только в повседневной жизни.

— Я хотел бы знать о вашем решении, виконт, — Валентин не стал одеваться, только аккуратно сложил многострадальное, перепачканное покрывало к остальным грязным вещам.

— А? — Арно никак не удавалось справиться с собственным плащом. Крылатая кошка, знак «фульгатов», скалилась в ответ как-то особенно понимающе. — Предлагаю продолжить, — довольно хмыкнул он, наконец сообразив, что именно от него требуется. — И, может, перейдем уже на «ты»? По-моему, самое время.

***

— Теньент, как закончите здесь, зайдите ко мне, — в реальность его вернул голос поднявшегося из-за стола Валентина. При других они общались подчеркнуто вежливо, не позволяя себе ничего лишнего. Вряд ли бы пошли слухи — чтобы додуматься до такого, нужно обладать весьма незаурядным воображением — но так обоим было спокойнее.

— Да, полковник, — ровно отозвался Арно, и, проводив Валентина взглядом, уткнулся в собственный бокал.

— Ладно тебе, все из-за шляпы той, что ли, дуешься? — его сочувственно похлопали по плечу.

Из-за шляпы. Арно с трудом сдержался, чтобы не расхохотаться в голос.

***

— Докладывайте, теньент, — Валентин склонился над какой-то картой и даже не обернулся на вошедшего.

— Что докладывать, ты и так уже все слышал, — Арно тщательно прикрыл за собой дверь, недоуменно глядя на Валентина. Тот в итоге оторвался от созерцания карты и теперь разглядывал уже самого Арно. Сколько они не виделись? Почти два месяца. Или больше?

Произошедшее дальше оказалось настолько стремительным, что Арно даже не успел понять, как очутился на полу. Посыпались со стола потревоженные бумаги, упала моментально ставшая неважной карта и письменное перо. Арно с удивлением ощутил под спиной мягкий ворс ковра и навалившегося сверху Валентина.

— Придд, ты сдурел, что ли? — Арно попытался его оттолкнуть. — Мне еще маршалу докладываться.

— Маршал Ариго в данный момент все равно отсутствует и вернется не раньше завтрашнего утра, — невозмутимо отозвался Валентин и прибавил насмешливо, — А мне ты докладывать отказался.

— Сразу нельзя было сказать? — Арно уже возился с чужим мундиром, путаясь пальцами во всевозможных шнурках. — Да чтоб тебя, — он нетерпеливо поерзал, стараясь унять разом участившееся дыхание.

Одежда полетела на пол, сами они тоже не спешили перебраться на кровать.

— Давай прямо здесь? — хрипло предложил Арно, дергая на себя Валентина, заставляя лечь сверху.

— Я смотрю, вы соскучились, виконт, — нарочито вежливо хмыкнул Валентин, а потом сразу вошел, толкаясь глубже, не давая привыкнуть.

Арно дернулся, но потом сразу расслабился, откидываясь в чужих руках, шире раздвигая бедра. По коже разливался привычный жар, тело требовало еще, больше, охотно отзываясь на каждое движение и прикосновение. В такие моменты Арно становилось совершенно плевать, что будет дальше.

В этот раз все закончилось, пожалуй, чересчур быстро. Отдышавшись, Арно приподнялся на локте и поинтересовался рассеянно:

— Так когда, говоришь, возвращается маршал?

***

— Полагаю, наступать они начнут, скорее всего, отсюда, — Ариго ткнул в карту, и Арно мысленно с ним согласился. Теперь, когда грядущая война с Дриксен становилась все более очевидной, ему оставалось только ждать очередного приказа. — По срокам, думаю, начало лета, не раньше. Не успеют столько сил перебросить.

Арно неожиданно для себя заметил, как напрягся при этих словах присутствующий среди них Валентин.

***

— Куда это вы собрались, полковник? — Арно мысленно поздравил себя с правильно рассчитанным временем — как раз для того, чтобы застать седлавшего своего серого мориска Валентина. — Маршал пока что не давал никаких распоряжений насчет разведки, — понимающе хмыкнул он.

— Вот именно, — невозмутимо подтвердил Валентин, взлетая в седло. — Раз приказа не было, следовательно, я ничего не нарушаю.

— Подожди, я с тобой, — Арно уже торопливо выводил Кана. — Все же разведка — это моя прямая обязанность. Расскажешь, что надумал, по дороге, — решил он.

— ...но маршал же говорил про начало лета? — они продвигались вперед осторожно, стараясь не быть замеченными раньше времени. Равнина переходила в холмы, те — в невысокие горы. Начало весны в этих местах не баловало теплом, сыпал легкий снег, низко нависало нахмурившееся небо.

— Да, говорил, — задумчиво подтвердил Валентин. — И этот срок выглядит наиболее очевидным.

— Ну, и в чем тогда дело? — Арно непонимающе нахмурился, придерживая взявшего слишком резвый темп Кана. Тот больше не пытался ввязаться в драку с серым мориском, но косился на него по-прежнему неодобрительно.

— Просто подумал, что не помешает проверить, — как ни в чем ни бывало отозвался Валентин и снова замолчал, полностью погрузившись в свои мысли.

***

То, что он все же словил пулю, казалось невероятным, немыслимым — и, тем не менее, случилось. Арно всхлипнул, покачнулся в седле и судорожно схватился за гриву Кана, стараясь не свалиться. Валентин, моментально оценив обстановку, разрядил оба своих пистолета в стрелявшего дрикса. Удачно.

— Нужно уходить, — он с беспокойством обернулся к Арно. — Все, что можно, мы уже выяснили.

Арно с трудом кивнул, стараясь не обращать внимания на жгучую боль в боку, разливающуюся по телу огненными волнами, медленно, но верно, становясь все сильнее. Оставалось надеяться, что полученные сведения того стоили. Впрочем, никто и предположить не мог, что «гуси» готовятся к войне настолько стремительно. Какое здесь начало лета, судя по численности подтянутой к границе армии не позднее середины весны.

— В седле держаться сможешь? — Валентин пустил своего мориска рядом, готовясь в любой момент подхватить Арно, надумай тот все же упасть.

— Пока что смогу, — Арно привалился к растрепавшейся гриве и пустил Кана сразу в галоп. Валентин прав, времени в обрез. А Кана в свое время выучил Эмиль, поэтому, должно получиться. На рану смотреть не хотелось.

Снегопад, начавшийся еще утром, теперь усилился, превратившись в настоящую метель. Снежные хлопья облепили поводья, засыпали плащ белым. Низкое небо надвинулось, сливаясь с землей, и вскоре все вокруг исчезло за мутной завесой, вынуждая остановиться.

— Нужно поискать укрытие, — ветер швырял в лицо колкий снег, от которого не спасал никакой капюшон. Арно попытался ответить, и не смог вымолвить ни слова. — В такую погоду нет смысла продолжать путь, только заблудимся, — пояснил Валентин.

Им, в какой-то мере, повезло — довольно гористая местность в достатке изобиловала выщербленными, нависающими валунами, образующими подобие пещер. Одна из них оказалась вполне подходящей и настолько обширной, что места хватило для всех.

Очутившись внутри, Арно обессилено сполз с Кана и, ступив на каменистую, жесткую землю, привалился к ледяным горным стенам. Глаза закрывались сами собой, нестерпимо хотелось пить и спать. Впрочем, момент был крайне неподходящий, поэтому Арно усилием воли разлепил вдруг ставшие невыносимо тяжелыми веки и попытался сфокусировать взгляд.

— Давай осмотрю рану, — подошедший Валентин выглядел непривычно мрачным и встревоженным. Он опустился рядом на одно колено, потянул в сторону покрытый инеем плащ.

— Не нужно, — Арно дернулся, уворачиваясь от чужих прикосновений. — Все равно сделать ничего не сможешь. Да и пустяки это, просто царапина, — он досадливо поморщился, услышав свой срывающийся голос. Что ж, достоверности не получилось.

Валентин, больше не обращая внимания на протесты, осторожно расстегнул чужой мундир, приподнял край пропитавшейся кровью рубашки и принялся невозмутимо осматривать рану. На его месте Арно уже давно растерял бы остатки самообладания. Вот уж что-что, а ранения и лекарей он на дух не переносил.

— Пуля прошла навылет, это удачно, — сам себе кивнул Валентин. — Не придется извлекать. Задет самый край, думаю, жизненно важные органы не повреждены, — бледное, напряженное лицо немного прояснилось. — Но вот кровотечение... Я попробую его остановить, но не знаю, получится ли, — подвел он итог.

— Зачем, я не хочу, — снова начал сопротивляться Арно, испытывающий к подобным манипуляциям самое настоящее отвращение. Дышать становилось трудно, по телу разливался липкий жар, голова кружилась — похоже, начинала сказываться потеря крови, но Арно продолжал упорствовать.

Валентин не стал с ним спорить, молча скинул свой плащ и положил на промерзлую землю сухой стороной вверх.

— Ложись сюда, — в чужом голосе слышался приказ, и Арно попытался его выполнить, но не преуспел — тело отказывалось подчиняться. Заметив это, Валентин незаметно вздохнул и, легко подняв его на руки, осторожно опустил на расстеленную ткань. — А теперь не дергайся. Заранее прошу меня извинить — я не обладаю необходимыми навыками в полной мере.

Арно не смог удержаться от вскрика, как ни пытался, когда пострадавшего бока коснулась обжигающая жидкость.

— Что это? — он с трудом разлепил глаза, пробуя отдышаться.

— Обычное вино, — Валентин невозмутимо пожал плечами и продолжил возиться с потертой флягой. — Рану нужно промыть, это лучшее, чем мы располагаем на данный момент.

— Ах ты ж, кляча твоя несусветная, — Арно выругался и стиснул зубы, сдерживая очередной крик. В голове снова помутилось, и дальнейшее происходило как в тумане. Кажется, Валентин соорудил тугую повязку из какого-то подвернувшегося материала, а потом накрыл его сверху вторым плащом.

— Все, отдыхай, — Валентин методично вытер испачканные в крови руки и поднес Арно к лицу флягу с оставшимся вином. — Выпей, должно стать легче.

— Станет, как же, — недовольно буркнул Арно, но глоток сделал. — Не могу больше, — он жестом отодвинул флягу, вино оказалось на вкус неожиданно горьким, с неприятной кислинкой.

— Попробую развести костер, — решил Валентин и шагнул в снежную пелену.

Арно, видимо, все же задремал — когда он в следующий раз открыл глаза, в пещере мягко потрескивал огонь, оранжевые с желтым искры взлетали и таяли в промозглом воздухе, а Валентин время от время подкладывал ветки в костер и ворошил угли.

— Здесь, на склоне, есть несколько засохших деревьев, — пояснил он в ответ на молчаливый вопрос.

— Тебе самому не холодно? — запоздало спохватился Арно, поняв, что оба плаща достались ему.

— Нет, — покачал головой Валентин, явно думая о чем-то своем.

«Я его задерживаю», — догадался Арно. — «Сведения важные, а из-за этого дурацкого ранения мы застряли неизвестно где», — он принялся мысленно ругать себя последними словами.

— Метель еще не утихла? — Арно закусил губу, ощущая, как чувство вины наваливается всей своей тяжестью.

— Стала даже сильнее, — Валентин усмехнулся и предложил негромко, — Спи. Я разбужу, если что.

Арно был уверен, что уснуть в таком состоянии у него точно не получится, но вино и усталость взяли свое. Он плотнее закутался в плащ, спасаясь от подступающего озноба, и сам не заметил, как провалился в беспокойный сон. В мутной полудреме ему слышились несуществующие голоса, ночные шорохи, чьи-то крадущиеся шаги. Боль то отступала, то накатывала с новой силой, заставляя судорожно выдыхать сквозь стиснутые зубы.

Пробуждение получилось на редкость неприятным — словно его разом выдернули из липкого чернильного марева. Бок болел нестерпимо, повязка вся пропиталась кровью — Арно ощущал противную липкость под пальцами. Озноб ушел, снова сменившись жаром.

— Пить, — хрипло пробормотал он, не рассчитывая на то, что Валентин услышит. Но нет — спустя несколько мгновений его губ аккуратно коснулось потрескавшееся горлышко фляги.

— Как ты себя чувствуешь? — Валентин дотронулся до его лица, отводя в сторону взмокшие, прилипшие ко лбу и щекам пряди.

— Не знаю, — честно ответил Арно, сомневаясь, стоит ли говорить о пропитавшихся кровью повязках.

Подошел сразу почуявший неладное Кан и ободряюще ткнулся мордой в ладонь. Арно машинально погладил его, бархатистая лошадиная кожа ощущалась под пальцами приятным теплом. Мир вокруг раскачивался и кружился, стремясь вновь опрокинуть в беспамятство. В голову полезли всякие глупости — как иначе объяснить вдруг накатившее желание сказать Валентину, как он на самом деле к нему относится.

«У тебя жар, и ты придумываешь всякие бессмысленные вещи», — скептически подумал Арно, прежде чем потерять сознание.

Костер давно погас, и холод разливался по их убежищу, заползая под одежду, заставляя зябко ежиться. Арно проверил повязку — свежая. Значит, Валентин сам как-то догадался. От выхода, полускрытого нависающими валунами, тянуло морозом, но метель, похоже, прекратилась — падающий наискосок свет больше не был сероватым, окрасившись цветами подступающего рассвета. Валентин, выбравшись наружу, возился с лошадьми — торопливо проверял подпругу и поводья, заново закрепляя перезаряженные пистолеты. А потом легко подхватил Арно на руки и, плотнее закутав в плащ, вынес из пещеры и устроил впереди себя на сером мориске.

— Кан, он... — неуверенно начал Валентин, но Арно жестом оборвал его.

— Выучен, — единственное слово далось с трудом, в горле снова пересохло, глаза закрывались, с новой силой навалилась апатия и усталость, и Арно вдруг стало совершенно все равно, что с ним будет. — Если нужно, последует за нами.

Вдалеке, обещая ясную погоду, разгоралась все ярче золотистая полоса рассвета, ветер стих, но обратную дорогу Арно запомнил смутно. Мгновения тянулись мучительно долго, время будто остановилось и ни в какую не желало двигаться дальше. Из-под копыт мориска летел снег, показались знакомые места, а Валентин, кажется, просил его потерпеть еще немного. Или это он сам себе придумал?

А потом были встревоженные крики, суета, мелькали чьи-то лица, кто-то говорил с ним, но слова расплывались непонятным набором звуков, не имеющих ничего общего со связной речью. Валентин почти сразу куда-то убежал, и Арно, решив, что больше он точно ничему не мешает, просто позволил себе обмякнуть в руках подоспевшего лекаря.

***

Открыв глаза в следующий раз, Арно обнаружил себя лежащим на постели. Разумеется, вопреки всякой сентиментальности, рядом никто не сидел и за руку его не держал. Зато боль утихла, оставив, наконец, в покое раненый бок, кровотечение тоже прекратилось — повязка была плотной и совершенно сухой.

«Похоже, жить буду», — он криво усмехнулся, поправляя сбившееся одеяло.

Валентин появился на следующий день. Зашел, устроился рядом на стуле, молча разглядывая чужое осунувшееся лицо. Арно собирался было отпустить по этому поводу какую-нибудь колкость, как вдруг заметил то, что заставило его удивленно замереть. Сердце пропустило удар, в голове зашумело. Выражение в светлых глазах Валентина неуловимо изменилось — так, словно он видел перед собой нечто важное, по-настоящему нужное, так, как он не смотрел никогда раньше. Может, показалось. Может, нет. Точного ответа Арно не знал и предпочел сохранить для себя и это мгновение, и то, что, кажется, называется надеждой.

© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.