С детства

Загрузить в формате: .fb2
Автор: Инна ЛМ
Бета: нет
Гамма: нет
Категория: Джен
Пейринг: Рокэ Алва Рамон Альмейда Эмиль Савиньяк Лионель Савиньяк
Рейтинг: G
Жанр: Humor
Размер: Мини
Статус: Закончен
Дисклеймер: герои и мир принадлежат Вере Камше.
Аннотация: нет
Комментарий: фанфик возник в результате обсуждения на дайри Eva Schwarzstrahl вопроса, является ли канонным фактом детская дружба Рокэ Алвы с близнецами Савиньяками. Альмейда здесь появился как-то сам собой — еще один каноничный друг Алвы.
Предупреждения: персонажи — дети; слегка вольное обращение с каноном (но возраст всех указан точно).

«Дети – это цветы жизни. Ягодки будут впереди».
Народная мудрость.

— Чтобы я еще когда-нибудь откуда-нибудь вас вытаскивал... Вот вырасту, стану Первым маршалом, а вы — моими генералами, тогда будете меня слушаться как миленькие, никуда не денетесь!

Все-таки взрослые, даже такие замечательные, как дядя Арно и тетя Арлетта — странные люди. Они почему-то считают, что если тебе семь, то это означает, что ты обязан возиться с трехлетними.

Эти самые трехлетние были хороши по крайней мере одним: они не ревели. Ну, почти никогда... даже сейчас, когда Росио волок их за шкирку от конюшни к дому — в каждой руке по близнецу. Перемазанные в навозе братья мрачно сопели и пинались, норовя вырваться из не особо умелой, но железной хватки будущего Первого маршала: один махал ногами бурно и беспорядочно, другой — расчетливо выжидая удобные моменты. Различать их Росио не умел и учиться не собирался — себе дороже. Только попробуй проявить к этой мелюзге лишний интерес — тебя мигом превратят в няньку, и оглянуться не успеешь... Ему еще повезло, что у него нет собственных младших братьев — то-то была бы морока, причем уже не в гостях, а дома!

Пока он гостил в замке Савиньяк, его иногда просили приглядеть за близнецами. Обычно они не требовали, чтобы их развлекали — потому что играли друг с другом, а развлечения отыскивали самостоятельно, на свою голову и другие части тела. Сегодня, к примеру, Росио повел их в конюшню, посмотреть на лошадей. И всё шло благополучно, пока он не отвлекся совсем на немножко — пошел угостить яблоком своего Корсара. Когда он спохватился, то братьев нигде не было видно. Росио помчался на поиски и еле-еле подоспел вовремя, чтобы вытащить обоих из стойла злющего молодого мориска, которого отец недавно подарил дяде Арно. Один из этих белобрысых балбесов как раз потянулся к коню, явно намереваясь схватить его за хвост, рвануть посильнее и посмотреть, что из этого получится.

— Если будете и дальше удирать без спросу и всюду совать свои носы, то придут страшные-престрашные... — Росио запнулся. Он знал, что в Талиге непослушных детей пугают морисками, но не понимал, почему — они же союзники и родственники, а сестрица Инес замужем за их нар-шадом, который всё равно что король... Он быстренько припомнил уроки по истории и землеописанию и нашелся:

— «Гуси» с севера и вас съедят! Обоих и навсегда, — добавил он на всякий случай самым свирепым голосом.

— Калльяла, — высказался близнец, ухваченный правой рукой — тот, который старался пинаться со стратегической точностью. Ухваченный левой жизнерадостно захихикал и прошепелявил что-то, подозрительно напоминающее «квальдэто цэра».

Росио только горько вздохнул. Ну что ж, сам виноват. Предупреждала ведь тетя Арлетта — не ругаться при них плохими словами, они всё запоминают, а потом как скажут! Особенно Ли. Похоже, они все-таки отличаются: старший, Лионель — это который потише и позловреднее. Соответственно, Эмиль — это который смеется, когда тебе самому не до смеха, потому что ты слишком перепугался за этих несмышленых дуралеев...

Наподдать по заднице тянуло и тому, и другому. Но нельзя — они же маленькие, а он большой. И он за них отвечает.

— Хотю к лосадкам! — весело сообщил неунывающий Эмиль, дергая Росио за новые штаны руками, количество грязи на которых сделало бы честь любому конюху или землекопу.

— Гуси не стласные, — авторитетно заявил Лионель и извернулся так, что Росио едва его не уронил.

Очень захотелось ругнуться — всё равно близнецы уже слышали эти слова — но он смолчал, ради тети Арлетты. Неужели из этой мелкоты когда-нибудь, через много-много лет, вырастет что-то путное?

— Вот как отдам вас Рамону, будете знать, — безнадежно посулил он в качестве последней угрозы.

Близнецов этим не запугаешь — они уже имели дело со здоровенным сыном маркиза Альмейды и в два счета усвоили, что его не хватает даже на такую строгость, на какую способен Росио. В лучшем случае они будут ездить на нем верхом... в лучшем для Рамона.

* * *

Рамон рылся в куче веток, срезанных садовником — искал и откладывал подходящие, чтобы выстругать мачты для модели линеала, над которой трудился уже несколько дней. Он проводил внимательным взглядом сердитого и взъерошенного Росио, на ходу воспитывающего близнецов — мелкие опять что-то натворили, но ни пострадавшими, ни расстроенными не выглядят. Можно, конечно, избавить его от обузы, то есть от двух обуз — посадить их к себе на плечи и пробежаться с ними по парку; им это нравится, а Росио от них отдохнет... Нет уж. Пускай прочувствует на собственном опыте, что значит беспокоиться за доверенных тебе младших — ему полезно.

Не далее как вчера Рамон снял его с зарослей плюща, по которым тот вознамерился вскарабкаться в окно второго этажа, но застрял на полпути, не достав до подоконника; вдобавок окно было не только закрыто, но и заперто изнутри — в тех комнатах сейчас никто не жил. Разумеется, этот безобразник, с его вечным упрямством и задиранием носа, и не подумал позвать на помощь, предпочитая молча висеть на руках, вцепившись в плющ и не в силах двинуться ни вверх, ни вниз. Чтобы добраться до него, Рамону пришлось найти и приволочь самую длинную из садовых лестниц — веса их двоих эти заросли точно бы не выдержали.

Поблагодарить спасенный не соизволил.

Слава Астрапу, что у Росио есть еще два старших брата, и он, когда вырастет, не станет моим соберано, приказы которого нужно беспрекословно выполнять — не придется подчиняться всему, что взбредет ему в голову.

Но сделать этому балбесу внушение с высоты своих двенадцати лет и немалого роста — это святое... когда они оба спустились на твердую землю и Рамон самолично убедился, что горе-верхолаз отделался исцарапанными ладонями и порванной одеждой, но ничуть не раскаивается в содеянном.

— Тебе что, мало деревьев?

— По деревьям я уже умею, а по плющу — нет. Я решил научиться.

— Это еще зачем?

— Я прочитал в книжке, которую позавчера нашел в библиотеке, что настоящий кавалер должен забираться в окно к прекрасной даме безо всякой лестницы. А дерева рядом может и не оказаться. Я лез так, как нарисовано в книжке — там есть картинка...

Поскольку Рамон уже давно развивал в себе силу воли и самообладание, необходимые любому адмиралу, то успешно удержался от вполне оправданной затрещины, хотя руки так и чесались; более того, он сумел и проглотить обидное «Да какой из тебя кавалер, мелочь ты сопливая».

— А если бы на картинке был человек с крыльями, который летает, как эврот, ты бы тоже сделал себе крылья и полетел?

Сказал — и запоздало прикусил язык. Ох, незачем подавать ему новые идеи... Росио ведь может попробовать, он такой... подумает, что раз он сын Повелителя Ветра... Надо посмотреть в библиотеке и, если попадутся какие-то опасные книги, спрятать их куда подальше от греха.

— Ты что, не видел, что окно заперто? Ты бы всё равно не смог его открыть.

— Смог бы, я поэтому его и выбрал. В книжках это делают ножом — просовывают его между створками и отодвигают щеколду. Я и нож с собой взял, чтобы научиться всему сразу.

Рамону даже сегодня тошно было вспоминать, как противно похолодело в животе, когда он представил, что Росио, цепляясь одной своей тощей детской ручонкой за побеги плюща в двух десятках бье от каменных плит двора, другой пытается что-то делать прямо у себя над головой огромным ножом, стянутым на кухне...

И, разумеется, стоило ему замолчать, как Росио перешел в контратаку — нападение всегда было его любимой тактикой.

— Ты же сам привязал веревку к верхушке самого высокого каштана в старой части парка и каждый день по ней лазаешь!

Нашел с чем сравнивать.

— Это совсем другое дело! Я ведь буду моряком, а пока у меня нет корабля, я должен тренироваться.

Росио сощурился. У него синие-пресиние глаза, совсем не такие, как у соберано Алваро.

— Если веревка оборвется, и ты из-за этого свалишься и покалечишься, то никаким моряком не станешь.

— Там трава, и, если что, падать будет мягко.

— У нас в Алвасете есть слуга, который упал с крыши голубятни и сломал себе спину. Это случилось еще до того, как я родился, а он до сих пор не может ходить. И наша голубятня ниже, чем твой каштан. Веревка слишком тонкая, а ты большой и тяжелый.

Он что, боится за меня? Этого еще не хватало. Хотя ведь и правда, бывают увечья, которые не вылечить...

— Если я раздобуду другую, крепкую и толстую, пойдешь со мной ее вешать?

— А ты мне дашь по ней влезть?

— Я тебя научу. Кстати, в окно к даме можно подняться и по веревке.

Пусть учится под моим присмотром, а не незнамо где и как.

После обеда они займутся новой веревкой, как он и обещал Росио. А пока что надо попросить у графини бечевки и ниток для снастей, белой материи на паруса, и немного алой — для флагов. Правильнее было бы изготовить для линеала талигойский флаг, но ему ни за что не удастся как следует нарисовать Победителя дракона на таком маленьком кусочке ткани. С золотой молнией проще. И кто знает, когда понадобится поднять райос — объявить кровную месть могут в любой миг и кому угодно. Со всей этой малышней, которая только и умеет, что вляпываться в неприятности, надо быть всегда готовым...
© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.