Вы обещали не кричать, Ваше Высокопреосвященство

Загрузить в формате: .fb2
Автор: Эльвинг (Аларвен)
Бета: нет
Гамма: нет
Категория: Джен
Пейринг: Рокэ Алва Квентин Дорак
Рейтинг: PG
Жанр: Angst
Размер: Мини
Статус: Закончен
Дисклеймер: Мир и герои принадлежат В. Камше
Аннотация: нет
Комментарий: Фанфик написан по заявке Val Alarkon («Буду ждать Этерну, но заказывать... хотя... побуду-ка „доброй душой“ и попрошу Рокэ (да-да, именно его) и Сильвестра»).
Предупреждения: АУ

Пахнущий вишнями воздух внезапно сменился жгучим холодом. Странно, в Закате ведь должно быть горячо... Впрочем, кто оттуда вернулся, чтобы сказать точно? Еще одно несбывшееся суеверие. Хотя Квентин Дорак и вообще-то в посмертие не верил.

Стужа корежила старые кости, растекалась в крови, отдавалась болью в каждом клочке дряхлого тела... А потом... Потом ушла.

— Доброе утро, Ваше Высокопреосвященство. Травяной отвар?

Рокэ Алва. Он-то здесь откуда? Ему — рано в Закат, упрямый кэналлиец еще должен...

Закат был странным. Не только не раскаленным, но даже уже не холодным. Приятным оказался Закат. В меру прохладным — будто морской бриз веет в окно. А сверху — уютное одеяло, а внизу — непривычно мягкая постель...

Сильвестр резко открыл глаза.

Закат подозрительно напоминает комнату. Обычную, жилую, с настежь распахнутым окном. А на краю постели сидит Рокэ Алва с бокалом вина в одной руке и невкусно пахнущей чашкой — в другой. И глаза наглого кэналлийца — слишком уж ярко-синие для обитателя Заката. Впрочем, Рокэ Алве законы не писаны. Он мог уже и с Леворуким за это время договориться. И даже выпить на брудершафт.

— Итак, я жив? — на всякий случай уточнил Сильвестр. — В таком случае, как я сюда?..

Рокэ неожиданно-резко поставил бокал на оказавшийся неподалеку стул и приложил палец к губам.

— Ваше Высокопреосвященство, я с удовольствием отвечу на все ваши вопросы. — Почему он понизил голос? Кто шпионит? Манрики? Люди Штанцлера? Просто дураки, желающие героически сдохнуть за какую-нибудь глупость? — Отвечу при одном условии — вы пообещаете ни при каких обстоятельствах не кричать.

Это уже интересно! Сильвестр — все-таки мертв, и сейчас сюда войдет Леворукий?

— Обещаю, — усмехнулся Квентин Дорак. Его, хвала несуществующему Создателю, не парализовало и даже, кажется, не покорежило. Значит — сердце выдержит любые новости. Главное — Рокэ здесь, и это помещение — не тюрьма. Значит (если они оба живы) — Первый маршал хотя бы на свободе. Но... это никак и не особняк самого Сильвестра!

— Спрашивайте, ваше Высокопреосвященство.

— Тогда вопрос первый: где мы?

— В аббатстве, — вежливо склонил голову Рокэ.

Очаровательно. И с каких это пор в некоем «аббатстве» теперь лечебница для больных кардиналов?

— Прелестно. Меня сюда сослали или я могу выйти в любое время?

— Можете, но не рекомендую. Некто, кого вы забыли вовремя отравить, будет слишком рад вашей прогулке в город.

Катарина! Она все-таки вышла сухой из воды — вышла и взяла власть над мужем! Остается только выяснить, с какой именно целью Ее непотопляемое Величество отправила кардинала (бывшего?) сюда. Впрочем, живой и здоровый (хотя и несколько измученный) Алва — это уже хорошо.

— А здесь, вы полагаете, Ее Величество до меня не доберется?

— Доберется, — невозмутимо протянул больному кардиналу чашку Алва. — Ее Величество и ваша смиренная духовная дочь Катарина Леони Оллар проживает в этом же аббатстве.

Уже не смешно!

— Сейчас вы мне, вероятно, скажете, что и вы тоже теперь живете здесь? — поддержал игру Квентин Дорак. Кажется, он понял, куда попал на самом деле — в особняк Алвы. Там-то Сильвестру точно знакомы не все комнаты.

— Вы догадливы, Ваше Высокопреосвященство. — Новый наклон головы вызвал у Сильвестра улыбку. В отличие от горького питья, которое Алва заставил кардинала осушить до дна. — Моя келья через две от вашей. Желаете в гости? Вставать я вам сейчас тоже не рекомендую, но пока еще могу вас отнести.

Всё, это бред! Или Дорак все-таки в Закате, а вечные муки для него назначены именно такие...

— Алва! — вздохнул Сильвестр. — А сейчас я прошу вас: будьте любезны и ответьте мне честно. Где я нахожусь, сколько времени провалялся без сознания, и что произошло за это время в Талиге в целом и в Олларии в частности?

— Выпейте еще отвара, Ваше Высокопреосвященство. Вот так... Находитесь вы действительно в аббатстве. В Нохском. И это правда. Чистая, как... Как совесть младенца и душа покойного Оноре. Равно как правда и то, что здесь же живет Ее Величество. И я — тоже.

— И давно Ноха превратилась в... гостиницу для кардинала, королевы и Первого маршала Талига?

— О, совсем недавно. Каких-то пару недель назад. Даже позже, чем упомянутый вами Талиг был переименован в Великую Талигойю...

— Сколько?.. Во ЧТО переименован?!

— Вы обещали не кричать. Ответ на ваш второй вопрос: пять месяцев. А на третий...

— Погодите, Алва... — Сильвестр прижал пальцы к уже уставшим вискам. Все-таки он сошел с ума, печально. Первый сумасшедший Дорак в роду. Их семью всегда отличала хорошая голова — в отличие от сердца. — Скажите мне сначала одно: Фердинанд тоже здесь?

— К сожалению, нет, — лицо Алвы построжело.

Точно — к сожалению. Потому что спятил, похоже, именно этот недокороль, и в аббатстве ему было бы самое место!

— Его Величество в Багерлее.

— Что?.. Кто у власти?!

— Ваше Высокопреосвященство, вы обещали...

— Да, не кричать...

— Я же сказал — тот, кого вы вовремя не отравили. Или недотравили. Альдо Ракан. И страна, в которой мы находимся, действительно носит сейчас звучное имя великой Талигойи. Точнее — уже Золотой Анаксии. Столица сего прославленного государства — Ракана, а Первый маршал отныне — Робер Эпинэ.

— А комендант Олларии — Айнсмеллер...

— Повторюсь: вы догадливы, Ваше Высокопреосвященство...

— А я — сошел с ума...

— А вы — обещали не кричать. Тем более, что Айнсмеллер — уже не комендант. Его полномочия переданы, кажется, Ричарду Окделлу...

— Рокэ Алва!..

— Вы обещали не кричать, Ваше Выскопреосвященство... Травяного отвара?

— К Леворукому отвар!

— Как хотите... — скучающе пожал плечами Алва. — Да, королевы у нас пока еще нет, но дураку в белых штанах... то есть Его Анакскому Величеству Альдо Первому нравится то же, что и вам, и он шлет сватов в Ургот.

Безумие!

— Это — бред, я понимаю. Или я — в Закате. И все же — как такое произошло?! Скажите честно, Алва — если вы Алва? — я ведь умер?!

— Я — Алва! — Жестко полыхнули синим пламенем глаза. — А вы — умерли, в этом вы тоже правы. И вас зовут...

— У меня теперь и имя другое? — не стал спорить с собственным безумием Сильвестр.

— Не перебивайте, Ваше Высокопреосвященство! — оборвал его Алва. — Вы умерли. Умерли пять месяцев назад. Я не знаю, чего вы добивались, но добились Золотой Анаксии и белоштанного дурака на престоле. Сегодня ночью ушел к праотцам еще один человек. Не голубь, но и не ызарг. Он был осторожен, но мешал новому анаксу, а яд действует на всех... кроме меня. Он умер. А теперь — вспомните еще раз, что вы обещали не кричать.

Зеркало. Поднесенная к самому носу Его Высокопреосвященства рама. И из нее на Сильвестра взглянуло немолодое, худое лицо. Чужое.

— Он умер, а вы открыли глаза. Я не знаю, почему. В конце Круга происходит много неразгаданных событий. Вам почему-то позволили вернуться. Может — чтобы вы могли исправить навороченное вами, может — чтобы отправить нас всех в Закат окончательно. В первом случае я вам помогу, во втором — убью. А теперь — слушайте меня. И не смейте еще раз умирать, — усмехнулся Алва. — Некогда.

© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.