Дописать историю

Загрузить в формате: .fb2
Автор: Эльфийка в очках
Бета: нет
Гамма: нет
Категория:
Пейринг: Рокэ Алва Ричард Окделл
Рейтинг: PG-13
Жанр: Humor
Размер: Мини
Статус: Закончен
Дисклеймер: От всего отрекаюсь. Даже травка не моя.
Аннотация: нет
Комментарий: нет
Предупреждения: слеш, ООС.

— И очи её, прекрасные, как небо, глядят на мир с божественной тоской,

А я, ничтожный раб её презренья, любуюсь в туфельку затянутой ногой. Ноооооогооооооой, — провыл Рокэ Алва, едва не задыхаясь от смеха. — Юноша, ответьте мне, зачем вы пишите ЭТО?! Может, вы считаете, что это похоже на Дидериха? Так нет же! Барботта удавился бы от зависти, если бы прочитал это. А название? «Посвящение прекрасной и печальной Королеве!» Просто великолепно. Королева так прекрасна, а вы любуетесь её ногой! Это что-то нездоровое. Клянусь вам, нормальные мужчины любуются совсем другими частями тела хорошеньких эрэа. И ногами тоже конечно, но, Леворукий, спаси Талиг от таких поэтов, — он опять захохотал. — Нет, определенно, вам не дан талант писателя.

Ричард Окделл с гневом смотрел на своего эра. Да как тот смеет! Дик, растрогавшись стихами, которые прочитал ему Алва, сам принёс свои произведения, что бы тот оценил, а он, а он... а у него нет ничего святого!

Но эр Рокэ сам же писал стихи, неужели он не помнит, как важна положительная оценка. А сейчас издевается и высмеивает каждую строчку. Ну чем ему эти не нравятся, например? Между прочим, Дик, по примеру Дидериха перешёл от высокого к низкому, что бы на контрасте показать… Дик задумался, но так и не вспомнил, что данный приём должен показывать, ну короче, что бы показать что-то очень важное! Интересно, а от чего эр Рокэ так не любит поэзию? Может... Ричард едва не охнул от неожиданной догадки, стихи эра Рокэ тоже когда-то раскритиковали! Ну, точно! Иначе, почему он так злобно готов комментировать любое произведение?! В душу, тогда ещё юного и наивного герцога Алвы кто-то плюнул! И именно после этого случая, Алва прекратил писать стихи и вообще невзлюбил поэзию. Вот так одна злая фраза может погубить поэта! А ведь если бы когда-то эра Рокэ не назвали бездарностью в поэзии, он, может, стал бы не великим полководцем, а поэтом, превозносящим красоту окружающего мира. И ему, как всякому человеку творчества, открывались бы души людей. И тогда Рокэ Алва не был бы другом подлого и злого Дорака, а стал бы верным товарищем эра Августа, и своими патриотическими поэмами, одами и балладами поднял бы народ на борьбу против Олларов, и тогда бы истинный король пришёл на трон и всё было бы очень, очень хорошо.

— Юноша, вы меня слушаете? — Дик очнулся от своих фантазий и ощутил почти физическую боль от разочарования реальностью. Его эр, воплощение зла, порока, а заодно полководческих талантов, стоял перед ним, размахивая листком, исписанным стихами Ричарда. И, похоже, собирается и дальше издеваться над своим оруженосцем. Но теперь Дикону это не страшно. Теперь он понял, что под маской холодного мерзавца без чести и совести, скрывается тонко чувствующий окружающий мир поэт, истинный приверженец Золотой Анаксии.

— Я всё понял, эр Рокэ, — радостно сообщил Ричард и Алва удивленно посмотрел на него, не ожидав такой реакции, — но, прошу, монсеньор, позвольте дописать хотя бы эту историю.

— Да пишите, мне не жалко. Просто сразу после написания либо сразу сжигайте, либо несите мне, и тогда это сожгу я. Поверьте, юноша, вы когда-нибудь, поумнеете, — посмотрев в чистые, лучащиеся истинным счастьем глаза оруженосца, Алва запнулся, но удержался и не стал добавлять «надеюсь», — и это будет самым страшным компроматом, который только можно придумать. А теперь — свободны.

— Подождите, — Дикон быстро снял кольцо, которое ему сегодня дал эр Август и без колебаний отдал монсеньору. Да какие тут колебания, если он на самом деле только маскируется под сторонника кардинала, а на самом деле вовсе даже он талигойец.

Первый маршал посмотрел сначала на кольцо, потом на своего оруженосца, который представлял собой удивительно очаровательное создание, потом опять на кольцо, что бы удостовериться — это не сон и не белая горячка.

— И что вы предлагаете мне с этим делать? — осторожно, боясь идей Ричарда, поинтересовался он. — Травиться самому?

— Нет! — Дик даже задохнулся от такой недогадливости своего монсеньора, — Просто я понял, что вы хороший, а с хорошими людьми так не поступают!

— Хороший?!

— Ага, — радостно кивнул юноша. — Просто вас всю жизнь не любили, вот вы и притворяетесь злым. А на самом деле вы поэт!

Мужчина тяжело вздохнул, но решил, что спрашивать, с чего сделан такой вывод, он не будет. Всё равно не поймет. Мышление Окделлов всегда вгоняло его в глухую тоску, а Ричард — это Окделл в квадрате. Но в любом случае это можно использовать на благо себе. Со Штанцлером он разберется завтра, а может и послезавтра, ведь сейчас есть и другие неотложные дела.

— Идите-ка вы в мою спальню, Ричард.

— Зачем?

— Любить меня будете. За все недолюбленные годы.

© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.