Сны на рассвете

Загрузить в формате: .fb2
Автор: айронмайденовский
Бета: Хеллечка
Гамма: нет
Категория: Слэш
Пейринг: Рокэ Алва/Луиджи Джильди
Рейтинг: PG-13
Жанр: Drama
Размер: Мини
Статус: Закончен
Дисклеймер: Мир и герои принадлежат В. Камше
Аннотация: Луиджи снятся эротические сны с Алвой в главной роли. И эти сны могут обернуться явью
Комментарий: нет
Предупреждения: нет

— Регент будет здесь через два дня, — сообщил Альмейда и посмотрел в окно. Луиджи прижался спиной к стене. Кто-то что-то говорил, альмиранте отвечал, но все слова доносились до капитана «Влюблённой акулы» словно через толщу воды и при этом теряли свой смысл.

Алва. Здесь. Через два дня. Нужно спрятаться, уйти в рейд или сказаться больным, но прятаться подло, в рейд его никто не отпустит, а про болезнь не поверят. Вон уже как странно смотрит Вальдес, будто примеривается сказать колкость — и хорошо если колкость, а шутки Луиджи сейчас не выдержит…

— Капитан, вам дурно?

— Есть немного.

Луиджи выдавил отговорку и криво улыбнулся; взгляд Вальдеса стал понимающим. Вот с кем можно поговорить о надвигающемся безумии, больше никто не может понять, если только сам Алва, но идти к нему с таким…

За дверью кабинета Луиджи немного пришёл в себя, по крайней мере, смог унять дрожь, но холод в пальцах остался.

— Господин вице-адмирал, можно вас на пару слов?

Только не комкать полу мундира, иначе сразу станет понятно, что он волнуется как влюблённый перед признанием. В какой-то степени оно так и было, да и кто сказал, что от Вальдеса можно хоть что-то скрыть?

— Сдаётся мне, что эта пара слов затянется на пару часов, а посему пойдёмте.

***

Луиджи повертел в руках бокал вина и отпил, не почувствовав вкуса. Надо было начинать говорить, но он всё не решался, тщательно подбирал слова, надеялся, что хотя бы часть правды можно будет утаить.

— Скажите, Вальдес, вы ведь хорошо знаете… м… повадки кэцхен?

Странно, Бешеный, кажется, настроился отвечать серьёзно. Даже не обратил внимания, что Луиджи от волнения снова перешёл на «вы». Неужели похоронное настроение товарища подействовало и на него? Или виной тому тягучий тёплый закат, настраивающий на спокойствие?

— Повадки, как вы выразились, я знаю неплохо, но учтите, что и для меня могут быть сюрпризы, — Вальдес неопределённо повёл рукой. — Девочки обожают их устраивать. Неужели они решили над вами подшутить?

«Подшутить?» — вздрогнул Луиджи. Теперь такое называется шутками: он боится спать и не узнаёт себя в зеркале, а им шутки?

— Я хотел узнать, не могут ли они насылать сны?

— Сны? — заинтересовался Вальдес. — Какие это?

— Просто понимаете… они повторяются. Ведь так не бывает же, чтобы каждую ночь?

— Видите ли, если вы не расскажете, я не смогу точно определить.

Кажется, вице-адмирал изображает учёного специалиста по ведьмам, потому так убийственно серьёзен. Или просто устал?

— Я… вижу во сне господина регента, — признался Луиджи.

— Ну, так в чём же дело — скоро вы увидите его наяву, — хохотнул Вальдес, чем вогнал капитана в краску. Лучше сквозь землю провалиться!

Джильди вскочил. Конечно, зря он пришёл, лучше бы сразу отправиться на гору и…

И получить Алву. Спасибо.

— Простите, я ошибся, я думал… — забормотал он торопливые извинения.

— Сядь, я знаю, что ты думал. Если ты пришёл ко мне, значит, это важно. Выкладывай.

Луиджи сел и повертел в руках бокал. Конечно, Вальдес, как говорится, трепло, но даже он не станет распускать сплетни по всему Хексберг. Капитан осторожно поднял взгляд: вице-адмирал положил ногу на ногу и с огромным интересом рассматривал носок своего сапога.

— Я вижу во сне господина регента… каждую ночь, — вытолкнул Луиджи. Слова были тяжёлыми и неповоротливыми, словно огромные камни. — Это началось с того… с Излома, с праздника…

Вальдес кивнул.

«Я же никогда, — напомнил себе Луиджи. — Но как сказать полуправду?»

— И что тебя волнует? Если бы он приходил к тебе в чём мать родила, то тут бы я заволнова… Ого!

Луиджи чуть не расплескал вино, чем выдал себя с головой. Как теперь смотреть Вальдесу в глаза?

— Тааак. Понятно. В бордель пробовал?

— Пробовал, — шёпотом признался Луиджи. Было так стыдно, что горели уши. — Не помогает. Вы… не подумайте, он не в чём мать родила. Он просто сидит на камне на берегу, и это я прихожу туда. А он смеётся и приказывает. И я не могу сказать «нет».

— И всегда одно и то же?

Луиджи сглотнул.

— Детали меняются. И время суток. Но чаще всего это рассвет…

Вальдес поднялся, отошёл к окну, посмотрел в небо, резким движением задёрнул штору.

— Видите ли, капитан, — заговорил он, словно забыв, что только что обращался к Луиджи на «ты», — ведьмам всё равно, кто вы и кто он. Они читают в вашей душе и делают что им заблагорассудится. Им нравится, когда люди не одиноки. И если им что-то придёт в голову…

— Вы хотите сказать, что Ал… господин регент видит во сне…

— Нет, слишком далеко от горы. Но, возможно, будет.

Луиджи поднялся.

— Разрешите немедленно вернуться в Фельп.

— Не разрешаю. Вы не под моим командованием, но всё же… Луиджи, нет ничего хуже, чем бегать от себя.

Джильди снова плюхнулся в кресло.

— Вы предлагаете мне ему признаться, что я одержим?!

— Ничего я тебе не предлагаю. Решай сам.

Бешеный провёл рукой по лицу, и Луиджи уверился, что вице-адмирал смертельно устал.

***

Это был сон, один из череды бесконечных позорных и сладких снов, насланных ведьмами. И в то же время Луиджи прекрасно помнил приезд регента, помнил то, как старался держаться подальше, как вздрогнул от приветствия Алвы и как вечером безуспешно пытался напиться в одиночку. И как под утро пошёл на пустой каменистый берег с тонкой полоской белого песка, которую лениво лизало море.

И всё было как во сне: тропа меж камней и слева — неподвижная тёмная фигура. Белый профиль, устремлённый к светлеющему горизонту взгляд. И неважно, что во сне не впивался в ногу камушек, попавший в сапог, что во сне не было ветра и глухого шума волн. Сны обычно отбрасывают несущественное, но этот просто слишком достоверный.

— А, Джильди, это вы.

Ленивый голос, лёгкий поворот головы.

Нужно что-то сказать, но тело уже объято сладкой дрожью, оно помнит, что раз за разом происходило на этом берегу…

— Доброе утро, господин регент.

И Луиджи садится на песок в трёх шагах от Алвы, потому что ноги его не держат. И потому, что ещё не было приказа, значит, пока нельзя подходить, нельзя, иначе он не выдержит.

— Вы не поверите, сегодня мне приснился странный сон. Я видел этот берег и вас…

У Джильди по спине — мурашки, ладони тонут в прохладном песке.

— И вот вы и в самом деле пришли. Поделитесь, вы тоже видели сон?

— Видел. Я каждую ночь это вижу.

Алва удивлён, но совсем немного; во сне можно всё, даже сбросить камень с души, пусть и зная, какой может быть расплата.

— И что же, я каждую ночь сижу на этом камне? Странные у вас фантазии…

— Отчего же? — охрип Луиджи. Песчинки липли к мокрым ладоням. — Вовсе не странные… особенно если учесть, что вы обычно приказываете мне… приказываете…

— Приказываю что?

Легче смотреть на свои руки, опустить голову и сделать вид, что спрятался от страшного взгляда. Луиджи боялся этого человека, а ещё восхищался и… хотел.

— Удовлетворить вас.

— Вот как. И какого же рода удовлетворение вы имеете в виду?

Конечно, Алва будет издеваться хоть во сне, хоть в Закате, иначе это не он. Но почему так тошно, муторно и совсем не похоже на уже привычную сладкую оторопь?

— Это молчание свидетельствует о том, что я в ваших снах внезапно ощутил вкус к гайифской любви?

— Да.

— И вы ни разу не пытались мне отказать? Странно.

— Не пытался, — слова сыплются песком, тихие, шуршащие, полные тоски. Тос-с-ска — белая змейка ускользает из ладони. — Кто я такой, чтобы вам отказывать? А я просыпался, и мне было стыдно и плохо.

— А во сне?

— Во сне — хорошо…

Небо заметно посветлело с той поры, как Луиджи пришёл сюда. Скоро рассветёт, лучи солнца озарят бледное лицо, похожее на маску. Скоро он проснётся.

— Так в чём же дело? Разве я давал повод думать, что способен причинить вам вред?

Луиджи задумался, припоминая. Но никогда ещё в эти странных снах Алва не причинял ему боли. Он только смеялся над неловкостью, гладил по затылку стоящего на коленях Луиджи, запрокидывал голову и ахал в самом конце, откидываясь назад и зарываясь в песок носками сапог.

— Никогда.

— Так в чём же дело? Джильди, неужели вы боитесь своих снов?

Луиджи внимательно посмотрел на регента и не нашёл в его лице ничего, кроме любопытства и веселья. Такой человек не станет творить зло просто так; его гнев нужно заслужить, а Луиджи ещё не сделал ничего такого… Или сделал?

— Прекратите свои душевные терзания, право слово, они ещё никому не приносили пользы. Если вы намерены продолжить славную традицию своих пикантных снов, я в вашей власти.

Вот как. Он во власти Луиджи, а не наоборот. И вряд ли это подлость, Алва не из тех, кто сначала разрешает, а потом больно бьёт и говорит, что правила изменились.

Регент даже сполз на камне вниз, открываясь, опёрся на локти и прикрыл глаза, подставляя лицо слабому ветерку. И кто такой Луиджи, чтобы сказать «нет»?

***

Джильди вполуха слушал речь регента и мучительно пытался понять, где явь, а где сон. Он уже щипал себя за руки, но это не помогло. Хотя, может, ведьмы умеют насылать такой морок, что сознание не в силах выбраться из него, хоть руки себе режь? Луиджи серьёзно задумался над этим. Если только уйти подальше, может даже, снова на берег, на котором он сегодня проснулся, укрытый собственной курткой. Иначе увидят, вырвут кинжал…

Всё вокруг казалось ужасающе чётким и давящим: и солнечное утро, и картина на стене кабинета, и вино в бокале на столе Альмейды. Джильди вдруг понял, что совещание идёт уже полчаса, а он не то что не сказал ни слова, а даже не знает, про что речь.

— Капитан Джильди, — внезапно произнёс Алва, и Луиджи вздрогнул. — Прошу вас сегодня вечером зайти ко мне. Я хотел бы обсудить с вами некоторые дипломатические нюансы.

Унизанная сапфирами рука сделала неопределённый жест; Луиджи сглотнул и торопливо закивал, не в силах выдавить ни звука.

Вальдес обернулся к нему и неожиданно подмигнул.

© 2011 «Архивы Гальтары». Все права защищены.